Archive of Our Own ^beta

Chapter Text

Тьма сгущалась над их головами, полностью закрывая собой кровавое небо и поглощая отсветы мира ангелов. Фасад отеля за их спинами был практически полностью разрушен, обнажая за собой темные внутренности.

Вокс сплюнул сгусток темной крови и, вытеревшись рукавом, снова поднял глаза наверх, подслеповато щурясь. Видоискатель на одном из глаз бестолково пытался сфокусироваться хоть на каком-то проблеске света. В этот раз было хуже, чем с Аластором: первозданная тьма утробно трещала, разливаясь целым океаном, которому не было ни конца, ни краю.

— Я не знаю, где он, — наконец, признал Вокс. — Мы заебемся раньше, чем найдем источник.

— Как всегда, — отозвался Аластор, и в его голосе звенела ярость. — Тысяча отговорок.

— Ну предложи свой вариант, раз такой умный! — Тут же вспыхнул Вокс. — У нас нет времени.

Тьма лениво шелохнулась и начала медленно отступать.

— Нет-нет-нет! — Вокс сделал шаг вперед, напуганный, что та уйдет и унесет своих пленниц с собой. — Стой, сука!

Он почувствовал, как его схватили за правую руку и дернули назад. Обернувшись, он увидел Аластора, пытавшегося подцепить коготь из ангельской стали с его руки.

— Дай сюда, я сам! — Прошипел Ал, ухватившись за его палец.

— Отвали, — Вокс несильно пнул его, просто чтобы отогнать от себя, но Аластор держал его за руку крепко. — Без тебя разберусь!

— Мальчики, не ссорьтесь! — Как сквозь пелену услышал он плаксивый голос Чарли. Та не могла успокоиться еще с момента, когда тьма поглотила Вагги, и только крепкие руки ее отца могли удержать ее хоть в каком-то подобии вменяемости. — Нам нужно объединить силы и спасти их!

— Слышал, Ал? — Прорычал Вокс, пытаясь высвободиться. Он почувствовал, как темные щупальца обхватили его за талию и ноги, не давая двигаться. — Отпусти и дай мне разобраться!

Он не остался в долгу, выпуская свои провода и цепляя ими Аластора. У них реально не было времени на эти ссоры.

— Я сам отомщу, это моя война, — Ал, похоже, был не совсем в себе, в его глазах появилась тикающая минутная стрелка. Только этого еще не хватало…

— Нахер иди! — огрызнулся Вокс, наступив ему на ногу в надежде, что его отпустят. — Это первозданная тьма, а я сильнейший грешник, — не получилось, так что он дернул Аластора на себя, все еще пытаясь вырваться из его крепкой хватки.

— Хуешник, — огрызнулся Ал, ловко вывернувшись и щелкнув по экрану Вокса в районе глаза. Тот зажмурился, тихо ойкнув. — Отдай, у меня личные счеты к этому ублюдку!

— Хуеты! — Не остался в долгу Вокс, метко плюнув Аластору в лицо.

Потасовка окончательно вышла из-под контроля, и они начали просто колотить друг друга как попало. Коготь ужасно мешался, потому что меньше всего Вокс хотел бы ранить Аластора им снова. Клокотавшая в нем ярость требовала выхода, и больше всего на свете ему хотелось повалить этого придурка на землю и надавать лечебных тумаков, чтобы перестал выебываться. Но как бы ни было Воксу обидно, даже со званием «сильнейшего грешника» он все равно уступал Аластору в хитрости и подлости.

Он почувствовал, как темное щупальце пробралось под его рубашку и скользнуло в рукав, оплетая руку и собираясь добраться до когтя.

— Блять! — Он дернул локтем, пытаясь высвободиться как раз в тот момент, когда щупальце подцепило коготь, и тот слетел с пальца, оказавшись в свободном полете. Они с Алом тут же замерли, завороженно глядя на блеснувшее лезвие.

Звяк.

Оружие стукнулось о решетку канализации и подпрыгнуло. Вокс успел сделать вдох и послать свой провод, чтобы поймать коготь. Но тот столкнулся с очередным щупальцем и пропустил свою цель.

Звяк.

Коготь еще раз подскочил, уже гораздо ниже, и они оба бросились за ним только для того, чтобы столкнуться пальцами, пропустив его между собой.

Звяк.

В этот раз коготь просто провалился между прутьями решетки вниз, оставив их обоих изумленно пялиться на то место, куда сейчас ухнула их надежда разорвать первозданную тьму.

Над полем боя повисла страшная тишина.

Вокс отпихнул от себя Аластора и, рухнув на колени, с силой дернул решетку на себя. Он кинул внутрь небольшую молнию, чтобы рассмотреть масштабы проблемы, и понял, что канализация уходит очень глубоко под землю.

— Какой же ты мудак, Ал, — тяжело вздохнул он. События сегодняшнего дня разом навалились на его плечи.

Тот тихо выругался и, создав нескольких миньонов, носком ботинка пихнул их в канализацию.

— И все из-за твоего тупого тщеславия! — Проорал Вокс, собрав остатки сил.

— Это моя добыча, — упрямо ответил Ал, но Вокс уже поднялся с колен и, игнорируя его, направился к остальным участникам сражения, прятавшимся неподалеку. На Чарли было жалко смотреть. Она глядела на Вокса огромными глазами, с которых текли слезы нескончаемым потоком. Ее за плечи придерживал Люцифер, не давая принять свою демоническую форму и начать крушить все вокруг в приступе ярости. Валентино нервно цеплялся за крылья нижними руками, а верхние то сжимал в кулаки, то разжимал их обратно. Он явно пытался лихорадочно что-то придумать, но мысли все разбежались из головы. Вокс не мог винить его, он сам почувствовал страшную пустоту, когда увидел, как тьма проглотила Вельвет. Если бы он только смог добраться чуточку быстрее, получив ее сигнал SOS… Он услышал тихий всхлип и обернулся на Мелиссу. Девчонку всю трясло, но Вокс не смог остановиться:

— Это все из-за тебя, сучка, — угрожающе прорычал он. Сдерживаемой до сих пор ярости нужен был выход. — Из-за тебя и твоих тупых идей, — он вмиг оказался перед ней, заглядывая в ее заплаканные блестящие глаза.

— Я вовсе не… — Начала было она.

— Заткнись, — он сжал ее всю проводами, чувствуя злое удовлетворение, когда она жалобно вскрикнула от боли. «Вокс, не надо!», — услышал он окрик Чарли, но предпочел проигнорировать его. — Заткнись и убирайся с глаз моих, — он на миг сжал ее сильнее и затем резко отпустил, заставив неловко упасть. — Это полностью твоя вина, что Вельвет засосало к этому уебану. И так как я обещал ей не убивать тебя, радуйся, блять. Радуйся и беги! — Он спустил с рук молнии, и те, радостно треща, понеслись в сторону девчонки. Тут же он почувствовал, как на его локтях с двух сторон кто-то повис. Обернувшись, он увидел Валентино и Чарли.

— Вокс, перестань! — Осадил его Вал, небольно стукнув по затылку. — Сейчас не время выяснять кто прав, кто виноват. И Вел тебе не простит, если ты реально прибьешь ее девушку.

— Эта сучка… — Снова начал заводиться Вокс и, обернувшись на то место, где только что была Мелисса, понял, что ее и след простыл. — Сбежала. Хороша девушка!

Вал аккуратно положил руку на плечо Чарли, прося ее отпустить вторую руку Вокса, а затем сам взял его в объятия, обхватив всеми четырьмя руками.

Вокс запрокинул голову, пытаясь сдержать неконтролируемую дрожь. Тьма отступила, снова явив Аду красное небо.

— Дыши, — осторожно попросил Вал. — Давай вместе?.. Вдох… — Вокс послушно начал дышать по команде, одновременно запуская в фоновом режиме мыслительный процесс. — Выдох. Еще раз.

Им понадобилась пара минут, чтобы успокоиться. Вокс аккуратно высвободился из его объятий и посмотрел на зареванную, но уже адекватную Чарли.

— Мы в жопе, — честно сказал он. — В этот раз эта хрень точно сильнее Аластора. Коготь мы проебали. Где-то в обломках должно быть копье Вагги, — его слова встретила тишина, так что он продолжил. —Найдите его. Я беру оленя, и мы идем уговаривать Кармиллу дать нам хоть какой-то ножичек, — он говорил обрывочно, короткими фразами, надеясь, что каждый присутствующий мог переварить его слова. — Тьма вернется. Нам надо отодрать ее от источника, как в прошлый раз. Тогда мы вернем Вагги с Вельвет. По крайней мере я на это надеюсь. А вообще они девочки сильные, может и сами найдут дорогу обратно, — он попытался поддержать во всех оптимизм, но сам слабо верил в это. Что ж, они уже поняли, что души бессмертны, но во всех этих сражениях было слишком много непонятного. Что-то сказать точно было нельзя. И ему не нравилось думать, что Вельвет все еще в неизвестной опасности.

Чарли поймала его в объятия, тычась лицом куда-то в грудь. Он неловко перевел взгляд сначала на Люцифера, потом на Валентино. Затем осторожно обнял ее одной рукой за плечи, второй нежно потрепал по волосам.

— Давай, принцесса, не ссы. Не могу сказать, что все под контролем, но передышку надо использовать с умом. Я ищу другое оружие, ты придумываешь песню. За этим обмудком я в лимб не полезу, но нам все еще нужно достать наших девочек.

— Мне нужно эвакуировать постояльцев… — Шмыгнула носом Чарли.

— Ты там сопли мне о пиджак вытираешь? — Неловко спросил ее Вокс, аккуратно отстранив от себя.

— Нет… — слабо хихикнула она, подняв на него глаза. — Или все же немножко да.

Вокс демонстративно скривился.

— Давай, иди к папе, — он аккуратно передал ее в руки Люцифера. — Ты моя принцесса, я твой сильнейший грешник. Выкарабкаемся. Вал, останься с ними, пожалуйста, — перевел он взгляд на любовника. Тот только кивнул. Вокс осторожно взял его за нижнюю пару рук, переплетая пальцы. — Я достану Вельвет. Все будет хорошо, — он не особо верил в свои слова, а потому старался вложить в них как можно больше искренности. — Если отель непригоден для жилья, то эвакуированных можно разместить у нас в башне. Ты за главного.

— Это не прощание, — жалобно попросил Вал, заглядывая ему в глаза.

— Если Кармилла не прирежет меня своими балетными тапочками, то нет, это не прощание, — фыркнул Вокс и нежно поцеловал его в щеку. — Давай, родной, копье Вагги и эвакуация отеля. Я на связи.

Он искрами рассыпался перед ними только для того, чтобы оказаться за спиной Аластора и дать ему коленом под зад. Ал, все это время буравивший взглядом вход в канализацию, удивленно пискнул по-оленьи и обернулся.

— Пошли, — грубо сказал Вокс. — Ты коготь проебал, ты и стой со мной на коленях перед этой старой стервой.

***

Все началось с этой сучки Мелиссы.

Она влезла в жизнь Вельвет, и все пошло по пизде.

Вал редко видел, чтобы Вельвет и Вокс серьезно ругались. Они общались языком бизнеса и на все возражения друг друга отвечали графиками и метриками, после чего приходили к общему знаменателю. Бросаться предметами и орать всегда было прерогативой Валентино.

Но когда он попытался зайти в их общую гостиную, его чуть не снесла разъяренная Вельвет. Столкнувшись с ним, она маленькой злой кошкой отпрыгнула прочь и, махнув рукой в сторону комнаты, с ненавистью рыкнула:

— А ты, видимо, плохо его ебешь, раз ему есть дело до моих отношений! — И, не дожидаясь реакции, скользнула в закрывающиеся двери лифта.

Вал моргнул, пытаясь осознать произошедшее.

Из гостиной доносился рассерженный стрекот молний, и он почувствовал, как его усики, наэлектризовавшись, неестественно приподнялись над головой. Поправив их наскоро рукой, он прошел внутрь.

Вокс стоял посреди комнаты, и молнии зло плясали вокруг него. Подходить в такие моменты было опасно, но Вал не боялся. Поэтому он пересек комнату в несколько широких шагов и поймал Вокса в объятия. Молнии прокатились по его рукам, небольно щелкая, а потом пропали. Вокс был весь напряжен, сразу становясь от этого острым и угловатым, и Вал просто поднял его на руки, отрывая от пола, и понес на диван.

— Пусти, — ворчливо попросил тот, сам же и прижимаясь крепче.

— Попозже, — пообещал ему Валентино, плюхаясь на подушки. Он осторожно гладил Вокса по спине, одновременно придерживая за талию, чтобы тот не вздумал ускакать молнией и начать что-нибудь громить в башне. Злые всполохи все еще переливались между его антеннами, так что Вал начал его осторожно укачивать, как ребенка. Нежно обернул их в кокон из крыльев, отрезая от внешнего мира.

Он смутно понимал, в чем причина конфликта — Вокс нацелился на девушку Вельвет. И хоть у него самого были вопросы к этой Мелиссе и чистоте ее намерений, Вал верил, что Вельвет девочка взрослая и сама разберется со своими отношениями. Но Вокс ревновал. Он был законченным собственником, а Валентино и Вельвет были его стаей. Никто не имел права просто прийти и забрать их у Вокса.

— Я убью эту суку, — тихо прорычал он куда-то в плечо Валентино.

— Нет, — спокойно ответил тот. — Ты не сделаешь этого.

— Нет, сделаю, — упрямо надул губы он.

— И потеряешь Вел навсегда, — резонно заметил Вал. — Ты не отец ей и не старший брат, чтобы указывать с кем трахаться. Да даже если бы и был, думаю, она все равно бы тебя нахер послала.

Вокс отлепился от него и внимательно посмотрел, оценивая, примет ли Вал его мнение:

— Да дело-то не в этом.

— А в чем?..

Вокс снова начал стрекотать молниями, и Валу пришлось похлопать его по плечу, чтобы он прекратил. Искры тут же посыпались на пол, затухая раньше, чем могли бы что-нибудь поджечь.

— Эта сучка ходит в отель к принцессе и, видимо, хочет искупиться. И таскает туда с собой Вел. При всем уважении, Вал, но они же ебанная секта «пони-дружба-радуга»!

Вот это новость. Вел хотела искупления?.. Но… Она никогда ни о чем таком не говорила, и Валу казалось, что она вполне довольна своим посмертием. А что если… нет?..

— А что если Вел решит искупиться? — Озвучил его страхи Вокс. — Что если она уйдет?.. И даже не попрощается! Ты и она — моя семья, я не готов к тому, чтобы она уходила!

Вал растерянно погладил его по спине, не зная, как правильно отреагировать. Он… Не был готов к такому повороту.

— А она сказала, что уйдет?.. — Тихо спросил он.

— Нет, — рвано выдохнул Вокс. — Мы начали ругаться с того, что я ей предъявил за отель.

— И откуда ты узнал про отель? — Вздохнул Вал, уже догадываясь каким будет ответ.

— Я подсмотрел, — буркнул он. Чертов вуайерист с камерами по всему городу. Конечно, они с Вел всегда были под наблюдением Вокса и привыкли жить с этим, но это была просто… Их защита. У Вокса была гиперфиксация на их безопасности, но чаще всего он смотрел все эти записи фоном, всего лишь проверяя нет ли им угрозы. Вал вообще не помнил, чтобы Вокс когда-то тыкал ему или Вел в их не всегда безобидные похождения.

— Ты же знаешь, что она не любит, когда ты лезешь в ее жизнь, — мягко сказал Вал, продолжая аккуратно гладить Вокса по спине. Тот уже перестал быть таким напряженным и доверчиво жался к нему. — Зачем ты ей в лицо бросил, что постоянно следишь за ней?

— Я не знаю, — буркнул он. — Я просто разозлился, когда она начала защищать ее. Вал, это ненормально. Эта девчонка просто пытается пробиться ей в доверие. Ты ее видел? Ни кожи, ни рожи! — Он снова яростно вспыхнул. — У нее даже харизмы никакой нет!

Вал редко пересекался с моделями Вельвет и не мог точно припомнить, какой была Мелисса. Но раньше Вел выбирала ярких девушек себе под стать, эта же казалась ему серой мышкой. Он не очень понимал, почему Вельвет остановилась на ней.

— Вокси, ты сейчас очень сильно не прав, — осторожно сказал он. Вокс затрещал молниями, но не стал отрицать. Кивнул. — Но я люблю тебя. И она тебя любит. Дай ей пространство. Вы успокоитесь и поговорите.

— Она не станет со мной разговаривать, — несчастно ответил Вокс. — Не после всего, что я наговорил…

— Серьезно?.. — Фыркнул Вал. — Вел всегда первая готова с тобой разговаривать после твоих мудацких выходок. Просто палку не перегибай.

Вокс помолчал, обдумывая сказанное. Прижался крепче, закрыв глаза. Вал ласково поцеловал его в верхний уголок экрана.

Мир все еще можно было вернуть в их дом. И даже легче, чем Вал сначала подумал.

— Ты ведь замолвишь за меня словечко?.. — Жалобно попросил Вокс куда-то ему в ключицу.

— Обязательно, — успокаивающе улыбнулся Вал.

Кажется, настала его очередь мирить Ви.

***

Итан был правой рукой Вокса с незапамятных времен. Он был первым грешником, заключившим с Воксом контракт. Он всегда был собран, спокоен и готов услужить. Свое место он выдрал верностью и ревностно его охранял.

Поэтому получив короткое «разберись» и геолокацию отеля, он тут же направился туда. Он уже знал, что там произошла стычка, и теперь лично оглядывал последствия. Отель стоял несколько на отшибе, но это не спасло ближайший район от разрушений. Само здание отеля было в плачевном состоянии — фасад был полностью обрушен, и вход был перекрыт. Господин Валентино нашелся рядом: он, тихо ругаясь, пинал камни, явно что-то ища. Итан поспешил к нему, чтобы узнать, что случилось, и уже через двадцать минут весь Вокстек прочесывал руины в поисках копья из ангельской стали. Часть ребят он направил на помощь принцессе и позвал Тревиса, чтобы тот сам следил за своим боссом.

Посмертие в Аду никогда не было спокойным, но последние несколько лет просто не шли ни в какое сравнение с происходившим ранее. И хоть путь господина Вокса до медиа-оверлорда был полон опасностей и лишений, нахождение на той высоте, куда их поставил Вокстек, оказалось еще более сложным.

Итан открыл свой планшет и тут же получил доступ к городским камерам, пытаясь высмотреть момент, когда падший ангел потеряла свое оружие. Из-за влияния тьмы камеры работали с перебоями, но ему все же удалось примерно восстановить цепь событий. Похоже, ангел отлетела от отеля в сторону квартала, а потому ее копье следовало искать где-то дальше. Он отошел к камере, выхватившей ангела последней, и начал оглядываться. Стены у ближайших зданий были практически полностью разрушены, что делало поиски только сложнее. Ему нужно было позвать часть ребят сюда.

Возвращаясь обратно к отелю, он услышал глухой всхлип откуда-то из-под ног. Тихое несчастное завывание показалось ему знакомым, и он начал оглядываться, надеясь найти его источник.

— Лисса? — Позвал наугад он.

Рыдания на мгновение стихли.

— Лисса, ты где? — Громко спросил он, оглядываясь.

— И-Итан?.. — Заикаясь, всхлипнула та. Голос был очень глухим, как будто откуда-то из завалов. Или из-под земли? — Эт-то т-ты?

— Я, — отозвался он. — И я тебя не вижу.

Он услышал какой-то металлический звук и обернулся на него.

— Святые микросхемы Вокса… — Выругался он, увидев, что девушка выглядывала из канализационного отверстия. Пересилив отвращение, он подошел ближе и, аккуратно подцепив ее за руку, помог выбраться. Мелисса выглядела плачевно — ее зареванное лицо опухло, обычно аккуратно собранные в хвост волосы растрепались, а одежда была вся в пыли и грязи, не говоря уже о том, что от нее дурно пахло. — Ты чего там забыла?

Он знал Мелиссу всего несколько лет, но по-братски любил ее. Секретари госпожи Вельвет менялись, как наряды в периоды ее плохого настроения, но Мелисса умудрилась все это время находиться на доверенной ей должности. Она была очень доброй и милой девушкой, легко сглаживающей углы в общении, и Итан любил ее компанию. И, конечно же, она была очень чистоплотной и аккуратной, а потому никогда бы не полезла в канализационный люк даже под страхом смерти.

— Коготь… — всхлипнула она, прижавшись всем телом к Итану. Он чуть было не отшатнулся от отвратительного запаха и страха запачкать собственный костюм, но пересилил себя, аккуратно обняв ее за плечи. — М-мистер Вокс уронил туда коготь… И я хочу достать его!

Ну блять, что за день? То копье по руинам ищи, то в говно за когтем лезь…

Итан огляделся и осторожно посадил ее на ближайший камень, встав рядом на одно колено.

— Давай-ка успокаивайся, — сказал он. — И рассказывай сначала. Что тут произошло? Я видел, что тьма накрыла город, знаю, что Господин Вокс сражался, и теперь мы ищем копье. И, видимо, коготь. А где госпожа Вельвет? — внезапно спросил он, поняв, что именно упустил. Глаза Мелиссы тут же наполнились слезами, и она навзрыд зарыдала. Так… Конечно, не полезла бы она за когтем господина Вокса, если бы не госпожа Вельвет. — Что случилось? Ну?

Но она все плакала и плакала, размазывая сопли и слезы по всему лицу. Итан терпеть не мог женские истерики и, повидав их много на своем веку, обычно жестко пресекал. Но сейчас он достал телефон и писал срочное сообщение Тревису. Затем еще одно. И еще. Пусть у этого придурка телефон в заднем кармане дыру провибрирует, если он сейчас же не придет помогать ему!

— Да понял я, блять! — Услышал он отдаленный выкрик. Тревис быстро шел к ним, держа бутылку воды. — Что у вас тут? Блять, Итан, ты в говне искупался? Что за смрад?!

— Это яааааа… — снова всхлипнула Мелисса, и Тревис тут же заткнулся. Итан выдернул у него бутылку с водой и сделал ВЗГЛЯД, когда тот только открыл рот, чтобы отпустить очередной тупой комментарий.

— Пей давай, — буркнул он, подсовывая Мелиссе воду. Та послушно присосалась к бутылке, совершенно неэлегантно глотая. Если бы госпожа Вельвет была здесь, она бы всыпала им всем троим.

Мелисса выдула всю бутылку и вернула ее Итану. Ее дыхание вернулось в норму, а слезы больше не лились водопадом. Впрочем, Итан мог поспорить, что она в любой момент готова была начать завывать снова.

— Теперь расскажешь? — Как можно мягче спросил он.

Мелисса слабо кивнула:

— М-мы были в отеле, — она все еще немного заикалась, а потому сделала рваный вдох, пытаясь успокоиться. — С Вельвет… И тут все начало рушиться… — Она передернула плечами. — Стена разломилась, и сквозь нее тьма полезла… А потом Вельвет закрыла меня… — Она снова икнула, и слезы покатились из ее глаз. — И тьма сожрала ее… Я даже не поняла, как это случилось!

Тревис и Итан испуганно переглянулись. Госпожа Вельвет, конечно, была самой молодой из Ви, но задавить ее в прямом столкновении было достаточно сложно. А так чтобы ее просто куда-то засосало…

— Что вы делали в отеле вообще? — Со вздохом спросил Итан, отбрасывая лишние мысли. Помочь госпоже Вельвет он все равно не мог сейчас, а вот разобраться как они докатились до нынешней ситуации стоило. — Насколько я помню, в расписании не стояло каких-то особых выпусков…

Мелисса закрыла глаза руками и снова тихо завыла.

— Она искупиться хочет, — подсказал Тревис. Итан округлил глаза. Ну приехали…

— А вы не хотите? — Всхлипнула она. — Это ведь шанс доказать себе, что ты можешь быть лучше…

Тревис и Итан переглянулись. Итан открыл было рот, чтобы выдать порцию нотаций, но Тревис опередил его:

— Не, я не хочу. Слышал, там дрочить нельзя. Вдруг меня обратно сюда спустят? Лучше уж сразу не пытаться.

Мелисса тихо хихикнула. Итан тяжело вздохнул. Он не полез бы в рай просто потому, что все посмертие положил на то, чтобы оказаться на нынешней высоте. Начинать все заново пусть даже в более доброжелательной обстановке?.. Ни за что. И хоть Господин Вокс и был очень строгим (а еще импульсивным и на голову ебанутым) начальником, Итан его по-своему любил. И точно знал, что это взаимно. Но говорить об этом вслух он не собирался.

— А Госпожу Вельвет ты зачем туда потащила? — Со вздохом спросил он.

Мелисса разразилась очередным приступом слез. Тревис делал какие-то странные пассы руками, так что Итан обратил на него внимание. Вообще-то он толком не умел играть в крокодила, но Тревис явно не собирался произносить вслух то, что он пытался донести до Итана.

— Я тебя не понимаю, — сварливо сказал он, глядя на то, как тот старательно продемонстрирует ему ножницы. — Зачем ты мне показываешь… — И тут до него дошло. — Блять, нет, Лисса… Ты что, трахаешься с госпожой Вельвет?!

Тревис закрыл лицо руками с тяжелым стоном, а девушка разразилась новой порцией рыданий.

— Лисса, я для кого правила компании писал?! Я тебя столько раз предупреждал! — Начал кричать он, чувствуя слабость в коленях. — НЕ. ЛЕЗТЬ. К. ВИ! И вместо того, чтобы послушаться, ты прыгнула в постель к госпоже Вельвет?! Как ты вообще умудрилась, она же тебя с первого дня ненавидела?!

— Я не хотела! Все вышло случайно! — Всхлипывая, ответила та, закрываясь руками. Ее трясло всю, и Итан получил недовольный тычок от Тревиса со спины.

— А ты знал, — прорычал он, обернувшись на Тревиса. Тот развел руками. — Знал и молчал!

— Ну конечно, молчал. Потому что первое, что ты сделаешь это начнешь нудить «А я предупреждал!». А там уже поздно было предупреждать, там только сочувствовать.

Мелисса уже сорвала голос в своих рыданиях, так что просто еле слышно скулила. Итан поправил очки и тяжело вздохнул. Опустился на соседний с Мелиссой камень и грустно посмотрел в ярко-красное адское небо.

Вообще-то он старался быть строгим начальником, чтобы проблемы подчиненных не доходили до их боссов. Господин Вокс, например, не любил разбираться с сотрудниками и просто бил их молнией, стоило его вывести из равновесия. Господин Валентино мог разорвать на части одним сильным движением даже самого крепкого грешника. Госпожа Вельвет обычно не прибегала к физическому насилию, но унижать словесно, разбивая в пух и прах самооценку на все последующее посмертие — сколько угодно. Если ты проебался перед начальством, то у тебя все равно был шанс через унижение вернуть себе расположение мужской части трио Ви. Девочки же, вылетавшие из отдела Вельвет, теряли туда доступ навсегда. Итан просто хотел, чтобы всем в Вокстек было как можно более комфортно.

— Я не специально, И-Итан, — всхлипнула Мелисса. — Так получилось… Оно само… Ну знаешь, как бывает…

— Нет, не знаю, — зло сказал он, все еще обиженный, что его как обычно не послушали.

— Он на работе женат, Лисс, — хмыкнул Тревис. — Ему не понять.

— Отъебись, — буркнул Итан.

Они замолчали на пару минут, и Мелисса начала снова успокаиваться, уже реже шмыгая носом.

— Ладно, это все не объясняет почему от вас воняет, как будто вы в говне помылись, — напомнил им Тревис.

Мелисса стерла последние слезы и, громко втянув в себя сопли, встала.

— Мистер Вокс обронил туда свой коготь, — она показала на канализационную дыру. — И так как только он может сражаться с этой тьмой, то я перерою все это дерьмо, но коготь достану!

И она полезла обратно вниз быстрее, чем парни успели ее остановить.

— Лисса, а ну вернись! — Крикнул Итан, но Тревис подхватил его под локоть.

— За когтем все равно придется лезть, — философски заметил он. — Так что ты придержи ее, а я сбегаю за одной полезной штучкой.

— Что?! Сам туда лезь! — Возмутился Итан, но Тревис уже пинком пихнул его в отверстие.

— Один за всех и все за одного! — Крикнул ему вслед этот предатель. — Сейчас вернусь!

Итан, пролетев вниз несколько метров, очень больно ударился о пол канализации. Очки отбросило куда-то в сторону, и теперь он совсем ничего не видел.

— Сука, Тревис, я тебе это еще припомню! — Бессильно крикнул он, стукнув кулаком о стену. Руку тут же больно засаднило. Мелисса аккуратно спрыгнула рядом с ним, подсвечивая себе путь фонариком от телефона.

— Ты в порядке? — Спросила она, оглядывая его. Где-то в темноте она нащупала его очки и протянула ему. Стекла, конечно, были уже заляпаны. Не посмертие, а сплошное адское страдание…

— Дай подумать, — зло фыркнул он. — Я сижу в какой-то клоаке, мой любимый костюм теперь только сжечь, очки все излапаны, нам нужно лазать по говну и искать коготь. Коготь! Ты вообще видела его размеры?! Проще иголку в стоге сена найти! И ебанный Тревис смылся!

Мелисса решительно вытерла рукавом нос и отдала ему свой телефон:

— Не надо ничего делать, — сказала она. — Я сама буду искать, а ты посвети мне.

Итан недовольно застонал, но взял телефон в руки. Эта говняная миссия грозила затянуться надолго. Но делать было нечего. Коготь принадлежал господину Воксу, и его все равно потребуется вернуть.

Chapter Text

Вал заглянул в отдел Вельвет, но никого там не обнаружил. Только ее модели быстро мелькали туда-сюда с вешалками и огромными сумками, взмыленные, как будто им всыпали за нерасторопность пару минут назад.

Тогда он направился в ее кабинет, но и там никого не оказалось, только котел чем-то тихо побулькивал. Он уже хотел было выйти, когда услышал приглушенное шмыгание носом.

Стараясь ступать как можно мягче, он обошел ее стол и заметил небрежно снятые туфельки. Аккуратно наклонился и встретился с Вельвет взглядом.

— Куколка?.. — Мягко позвал он.

— Отвали, Вал, — она ткнулась лицом в свои колени, из-за чего звучала приглушенно. — Опять обижу.

Вал вздохнул и опустился на пол рядом с ней:

— Ты сама куколка и домик твой кукольный, — пожаловался он. — Мне там места нету.

Ответом стал грустный смешок. Похоже, Вел не плакала, хоть и была очень расстроенной. Он вообще почти и не мог припомнить ее слез. Вот Вокс да. Он был слишком эмоциональным, легко смеялся и так же легко плакал. Даже придумал себя запрограммировать, чтобы слезы не лить. Вот только критическая ошибка, требующая сложного устранения, в итоге его так бесила, что он отказался от ограничителя.

— Он все еще злится?.. — Тихо спросила Вельвет спустя время.

— Нет, он просто расстроен, — улыбнулся ей Вал. Он прижался спиной к ее столу и смотрел на потолок, на который были налеплены звезды и сердечки. — Иногда я забываю, что ты просто маленькая девочка, — хмыкнул он.

— Перестань, — буркнула Вел, вылезая из-под стола и перебираясь ему на колени. Вал тут же приобнял ее нижней парой рук и сложил подбородок на ее макушку.

— Миниатюрная, — не сдался Вал. — Я чувствую себя рядом с тобой гигантом.

— Ты и есть гигант, — фыркнула она, устраиваясь поудобнее. — Огромный мохнатый мотылек. Как из ужастика. Еще кнут свой принеси для полной картины.

Вал не обиделся на это замечание.

— Вокси заставляет меня чувствовать себя маленьким и хрупким, — с нежностью в голосе признался он.

— Он ведет себя как мой папаша, — тут же возмутилась Вельвет. — Тот тоже любил «туда не ходи, этого не делай, того пошли подальше». Старая гнида.

Вал сжал ее чуть крепче и потерся подбородком о макушку.

— Вокс просто очень волнуется, — попробовал объяснить он. — И боится, что ты бросишь нас и ускачешь в закат со своей новой девушкой.

Вельвет недовольно фыркнула:

— Почему только мне нельзя быть счастливой? И с чего он взял, что я куда-то собралась? Здесь моя мечта и все мои достижения, — он взмахнула руками, указывая сразу на всю комнату.

Вал немного помолчал и потом очень тихо ответил:

— Он сказал, что твоя девушка ходит в отель на курсы по искуплению… Вместе с тобой. Это правда?

— Ну правда, — повела плечом Вел. — Но я не собираюсь искупляться.

— Зачем тогда ходить?..

Она задрала на него голову, глядя как на дурачка:

— А ты что, реально вникаешь во все эти передачи про акул с Энимал Пленет, которые Вокс заставляет смотреть тебя вместе с ним?

Он нахмурился, не понимая вопроса:

— Нет, конечно. Просто он любит своих акул, а я люблю его и могу потерпеть пару-тройку… десятков часиков этой нудяти… О, — до него дошло. — Подожди, все настолько серьезно?

Вел пожала плечами, прижимаясь крепче.

— С ней… Легко, — честно сказала она. — Она иногда такая смешная дурочка, а еще она верит во всякие глупости, но с ней так комфортно… Она чувствует меня. Заземляет. Ну как ты Вокса.

— Она делает тебя счастливой?.. — Осторожно продолжил он.

— Да, — без раздумий ответила Вельвет. — Но это не значит, что я собираюсь искупиться. И она сама еще не знает, хочет она искупиться или нет. Просто проверяет.

Вал не ответил ей, продолжая обнимать. Вельвет тоже притихла, уютно устроившись в его объятиях.

— Ты ведь скажешь нам… Если что-то начнет меняться? — Тихо спросил Валентино, жалобно стрекоча крыльями.

— Скажу, — вздохнула Вельвет. — Куда ж я без вас.

— Скажи это Воксу лично, пожалуйста, — вздохнул Вал. — Он очень боится остаться один. Мы оба его семья и мы — это все, что ему по-настоящему дорого. Ты прекрасно знаешь, у него все плохо со словами, когда дело не касается заливания говна в уши доверчивого зрителя. Он не умеет выражать свою любовь ласково. Но вот это все, — он обвел рукой ее комнату. — Вся эта твоя свобода творчества, неограниченный кошелек, полный карт-бланш на любые проекты — это его любовь.

— Ты прекрасно знаешь, что я могу окупить себя сама, — фыркнула Вельвет.

— Вряд ли тебе хватит денег только от бренда на все твои хотелки, — рассмеялся Валентино. — И хотелки твоих девушек, кстати. Обычно они все резко становятся невоздержанными, когда добираются до твоего кошелька через постель.

Вельвет закатила глаза.

— Да-да, я не умею выбирать спутниц жизни. Но Лисса и правда другая. Ей не нужны ни мои деньги, ни модные шмотки, ни мировое признание. Она просто хочет жить в комфорте, и ее комфорт не требует особых затрат.

— Разве такие девушки не должны попадать в Рай по умолчанию? — Хмыкнул Вал. — Что у нее там за грех?

— Зависть и гордыня, конечно, — пожала плечами Вел. — Это, по-моему, самый распространенный грех в нашей башне…

— Да уж, — Валентино грустно рассмеялся. — Но я понял. Твоя девочка тоже с червоточиной, как и все мы.

— Не все такие гипертрофированные грешники, как вы с Воксом. Но в общем, она может десять часов кряду выбирать для меня сто одинаковых с виду юбок, а я могу сходить с ней в отель и послушать очередную заунывную лекцию принцессы или поучаствовать в тупых упражнениях. Кстати о тупых упражнениях, я обещала сходить на сегодняшнюю сессию с Лиссой.

Вельвет аккуратно выбралась из его объятий и по-кошачьи потянулась.

— Если Вокса это бесит — пусть бесится. Вечером еще раз поговорим.

Она чмокнула Валентино в щеку и выпорхнула в гардеробную раньше, чем он успел что-то ей возразить.

А возразить, пожалуй, стоило.

В конце концов через несколько часов они с Воксом получили сигнал SOS с ее телефона и, сорвавшись тут же с места, не успели ей помочь. Вельвет даже не имела отношения к происходящему. Она просто пришла туда за компанию со своей девушкой, и где она теперь? Все ли с ней в порядке? У него сердце разрывалось от неизвестности и страха за нее. Вельвет могла постоять за себя сама, но первозданная тьма…

Валентино тоже слышал ее шепот. Не так сильно, как Вокс, например, но периодически на него тоже накатывало. Она ласково окутывала собой и шептала-шептала-шептала, усиливая его собственные низменные и страшные желания.

Возьми-возьми-возьми.

Ударь-ударь-ударь.

Убей-убей-убей.

Он передернул плечами, отгоняя воспоминания об этом голосе.

Он уже видел, что она может сделать. С Воксом. С Аластором. Теперь с этим… Главное, чтобы Вельвет была жива там, где-то в неизвестности…

— Валентино?.. — Услышал он осторожный голос. Он повернулся и увидел перед собой принцессу Ада, недоуменно смотревшую на него своими огромными глупыми глазами.

Вокс был прав во многих своих решениях и суждениях, но в одном он точно ошибался. Корнем их бед была вовсе не Мелисса. Это была Чарли Морнингстар с ее идиотской верой во все хорошее и против всего плохого.

— Вообще-то нам нужна помощь, — в ее голосе слышалась властная требовательность. — Может ты все-таки не будешь стоять столбом? Нам все еще нужно найти копье Вагги. Никто не знает, когда тьма ударит в следующий раз.

Схвати-схвати-схвати.

Взгляд Валентино полыхнул ненавистью, и он, резко вытянув руку, схватил принцессу за пиджак, рывком приподнимая ее над землей. Та удивленно вскрикнула, вцепившись в его пальцы.

— А не пошла бы ты, принцесса? — Прошипел он, практически столкнувшись с ней нос к носу. — Мелкая тупая сучка, все это — твоих рук дело!

Глаза Чарли полыхнули красным, и на лбу образовались маленькие наросты, быстро превратившиеся в рога. Принцесса Ада, мать ее за ногу. Валентино совершенно не боялся ее, а потому встряхнул, как зарвавшуюся шавку, чувствуя, как ее когти больно царапают его руки.

— Искупление, блять?! — Он сам не заметил, как его угрожающий шепот сорвался на крик. — Верни мне Вельвет, сука! Эта дрянь пришла за тобой и твоим папашей! Не за Вельвет! Почему ты здесь, а Вельвет нет?!

— Вагги тоже нет! — Крикнула она, тоже полыхнув яростью. — Мы вернем их!

— Мы?! МЫ?! — Он снова встряхнул ее. — Вокс вернет! Опять Вокс, когда ты уже наконец отъебешься от него?!

— Если бы он сразу согласился помочь, то этого можно было бы избежать! — Исступленно крикнула она.

— А он обязан бежать по первому твоему приказу?! Почему?! Потому что у него твое слово?! Слово, которое ты сама повесила на него, как камень на шею?!

Глаза Чарли внезапно потеряли всю свою красноту, возвращаясь к привычной желтизне. Рога начали пропадать.

— Я не… Я вовсе не…

Неожиданно резко Чарли выдернули у него из рук — Люцифер, распустив все шесть крыльев, держал свою дочь за подмышки и зло скалился на Валентино.

Что ж, он был все еще больше этого слабого и маленького короля. Валентино раскрыл собственные крылья, мгновенно закрывая собой половину неба.

— По тормозам, детки, — грозно сказал Люцифер, опуская дочь на землю и закрывая ее собой. Несмотря на разницу в размерах и свою полную бесполезность, он, казалось, вообще не боялся огромного разъяренного Валентино.

— А то что? — Вал не собирался сдавать оборотов, а потому показательно достал пистолеты. — Что ты мне сделаешь, мелкий король? Ты не сможешь и пальцем меня тронуть.

Люцифер взмахнул крыльями перед тем, как убрать их, а затем неожиданно широко улыбнулся:

— Вот это!

Пшик-пшик-пшик.

Очки Вала мгновенно намокли, ограничив ему видимость.

— Что за?! — Он наспех обтер рукавом стекла и увидел, что Люцифер с довольной лыбой держал в руках… пульверизатор.

— Ха-ха! — Радостно воскликнул он. — Действует!

Вал хотел было броситься в атаку, но вместо этого опустил вторую пару рук с пистолетами.

— Это тупо, — внезапно устало сказал он. — И совершенно несексуально.

— Зато действует! — Легко рассмеялся Люцифер, пшикая водой в воздух. — Ну действует же!

— Папа… — Чарли закусила губу с самым нечитаемым выражением лица на свете. — Что это?..

— О, я прочитал об этом в книге, — хмыкнул он. — С помощью распыления воды можно показать, что действие оппонента неправильное и неуместное.

— … Так щенков отучают грызть что попало… — Вздохнула она.

Валентино убрал пистолеты и недовольно оглядел короля с принцессой, остановив острый взгляд на последней.

— Мы еще вернемся к этому разговору, — угрожающе прошелестел он и, развернувшись, пошел прочь.

***

Беда, как обычно, пришла откуда не ждали.

Чарли, Люцифер и Вагги стояли напротив разрушенного замка Морнингстаров, в котором когда-то родилась и провела свое счастливое детство Чарли.

Люцифер с легкой грустью смотрел на развороченные стены, но не торопился внутрь, чтобы найти и спасти хоть что-то уцелевшее.

— Как это произошло?.. — Тихо спросила Чарли, делая шаг вперед.

— Первозданная тьма, — Люцифер указал в небо на черный сгусток, постепенно уходящий вдаль. — Кажется, она нашла новый источник.

— Но почему… — Чарли недоуменно посмотрела на отца. — Почему наш дом?..

Он долго и внимательно посмотрел на нее в ответ, подбирая слова, а затем отвернулся, и с тихим вздохом ответил:

— Видимо, в этот раз источник недоволен нами с тобой лично. Вообще он разрушает наши собственные владения уже какое-то время, но я не думал, что решится на что-то такое… — он взмахнул руками. — Масштабное.

— Почему ты молчал?! — Воскликнула Чарли.

Люцифер пожал плечами и тихо вздохнул.

— Надеялся, что это касается только меня, — он подошел ближе к обломкам и наклонился, доставая из них обугленный и разорванный портрет в сломанной раме. Один из их многочисленных семейных портретов. Лица всех троих были исполосованы до неузнаваемости. — Но, похоже, что нет.

— У вас есть предположения кто источник? — Осторожно спросила Вагги, присаживаясь рядом.

Люцифер просто кивнул, выпуская легкое пламя с кончиков пальцев, чтобы сжечь испорченную картину.

— Адам.

Имя упало в тишину пространства подобно разорвавшейся бомбе.

— Что?! — Удивилась Чарли. — Но как? Подожди, это ведь невозможно! Ниффти убила его кинжалом из ангельской стали… — Она осеклась, вглядываясь в печальное лицо отца.

— Душа бессмертна, девочка моя, — вздохнул он. — Ангельская сталь не может уничтожить ее полностью. Она просто обнуляется до сгустка энергии и снова копит силы, чтобы восстать. Это занимает не дни и не годы.

— Но… — Начала было Чарли, но Вагги внезапно прервала ее:

— Даже если так, Адам умер совсем недавно для того, чтобы вернуться.

Люцифер пожал плечами:

— Если бы я понимал этот мир, то все было бы гораздо проще, — заметил он с печальным вздохом. — Полагаю, ему помогло то, что он все еще первый человек. И его обжигающая ненависть. Тьма любит злые незамутненные ничем другим эмоции. Скорее всего его ненависть была слишком сильна, и тьма смогла взрастить ее до нужного масштаба.

Чарли почувствовала, как страх сжимает ее сердце. Адам?.. Да быть того не может…

— Подождите, — прервала его Вагги. — Пусть он и первый человек, но он же архангел? Разве ангелы могут слышать шепот тьмы? Я никогда не слышала его…

Люцифер грустно усмехнулся, медленно принимая свой демонический облик:

— Я слышу, — мягко сказал он. — Но слава Всевышнему, и ты, и Чарли слишком чисты сердцем для этого.

И тогда она даже не пошла, понеслась в медиа-квартал.

Вагги еле поспевала за ней и в итоге открыла крылья и полетела рядом, чтобы не отставать. Чарли ожидала, что ей опять придется унижаться и просить, но охрана пропустила их за турникеты без вопросов. Пришлось подождать Итана, который стал их проводником в недрах Вокстека, но в целом, все происходило быстрее, чем она изначально думала.

— Господа Ви сейчас на совещании, — с достоинством сказал Итан, смерив их обеих недовольным взглядом. — Возможно, потребуется подождать.

— В прошлый раз «Господа Ви» заставили нас торчать на входе и писать смски, — заметила Вагги. — Неужели поменялись протоколы защиты?

Итан холодно посмотрел на нее и отвернулся:

— Господин Вокс оставил распоряжение пускать принцессу Ада и ее спутницу в любое время в надежде, что они не будут тревожить его по пустякам.

Вагги открыла было рот, чтобы сказать очередную колкость, но Чарли опередила ее:

— Происходящее совсем не пустяк.

В этот раз их привели не в жилую часть башни, а к кабинету Вокса. В коридоре было неприятно прохладно, и Чарли поежилась, жалея, что не взяла свой пиджак из отеля, придя сюда в тонкой рубашке. Итан, кажется, заметил, а потому счел нужным пояснить:

— В этой части здания большое количество оборудования, которому требуется определенная температура. Если вам холодно, я могу принести пледы, — последняя фраза прозвучала неожиданно мягко.

Чарли улыбнулась ему:

— Спасибо за заботу, Итан. Но не нужно.

Хоть в башню их пустили безо всяких проблем, это не значило, что Вокс ответит на ее просьбу благосклонно. Тем более, судя по словам Итана, в кабинете были и другие Ви, которые не раз и не два показывали, насколько им не нравится, когда Чарли приходит просить о помощи.

Итан вежливо постучал и открыл дверь, за которой обнаружился полутемный кабинет с высоченным потолком, слабо освещенный неоновыми огнями. Чарли не удержалась и заглянула за плечо их проводника, с интересом оглядывая интерьер. Дальняя стена представляла собой стекло аквариума, откуда красным поблескивали глаза ручной акулы Вокса. Ви сидели за общим столом в центре комнаты и что-то обсуждали, окруженные голограммами.

— Чего тебе?.. — Спросил Вокс, обратив внимание на дверь, а затем заметил Чарли и удивленно приподнял брови. — Принцесса?..

Он махнул рукой, отпуская Итана, и Чарли с Вагги прошли внутрь комнаты. Голограммы тут же померкли. Вельвет бросила на них незаинтересованный взгляд и вернулась к своему телефону, а вот Валентино нахмурился, крепче сжимая свой мундштук.

— Что произошло такого, что ты пришла сама без звонка? — Фальшиво рассмеялся Вокс. Она уже научилась слышать эти нотки, когда он хотел держать ситуацию под контролем, но не понимал, откуда ждать угрозы.

— Прости, что так внезапно, — твердо сказала она, глядя прямо на него. — Но мне нужна твоя помощь.

Показная веселость тут же пропала из его взгляда, и он откинулся на стуле, не предлагая своим гостьям где бы присесть. Пускаться в пространные речи не было смысла, так что Чарли, глубоко вздохнув, сказала, как есть:

— Первозданная тьма нашла новый источник, и мне нужен ты, чтобы успокоить ее обратно.

Она услышала недовольное фырканье со стороны, где сидел Валентино, но предпочла проигнорировать его, продолжая смотреть прямо на Вокса. Тот больше не был связан контрактом с другими Ви, а значит ей не нужно было искать их расположения. Только бы он согласился.

— И кто источник? — Со вздохом спросил Вокс, не слишком удивленный. Наверняка, он слышал о тьме, которая периодически опять наступала на город.

— Адам.

— Кто?.. — Нахмурился Вокс, не припоминая такого оверлорда.

— Адам — первый человек, — подсказала Вагги из-за ее плеча.

Вокс приподнял брови:

— Подождите-ка… Тот, который Аластора уделал?

Чарли кивнула, решив не искать других эпитетов. На ее удивление Вокс даже не особо обрадовался, внимательно разглядывая ее.

— И что, ты хочешь спасти этого Адама? — Осторожно подбирая слова, спросил он.

Чарли задумалась. Обернулась на Вагги, которая сейчас смотрела куда-то в стену отрешенным взглядом, как она всегда делала, когда пыталась скрыть собственную боль.

— Нет, — твердо ответила она, возвращаясь взглядом к Воксу. — Я не знаю, сколько там от самого Адама, но приоритет остановить тьму.

Вокс тихо рассмеялся, весело глядя на нее:

— Куда же делась твоя идея «искупление для всех»?

— Не перевирай, — спокойно попросила она. — Любая душа может искупиться. Адам был убит ангельским оружием и на возвращение его разума нужен ни один десяток лет. Боюсь, тьма в этот раз получила чистую эмоцию.

Это то, как объяснил отец, но сама Чарли все еще плохо понимала принцип и то, насколько это соответствует действительности.

— Тогда зачем тебе я? — Этот вопрос ее огорошил, и она снова подняла глаза на Вокса, пытаясь найти хоть намек на шутку в его словах. — Во-первых, принцесса, какое мне дело до этого Адама? Во-вторых, если ты не печешься о целостности его души, то попроси Аластора. Думаю, он хочет свести счеты за прошлое поражение. В-третьих, ну не идиот я сражаться с бывшим архангелом — первым человеком — ныне источником первозданной тьмы неизвестно какой силы. Эта херня здания под корень сносит, а как ты помнишь, я и с Аластором только с общей помощью справился. И даже если тебе откажет Аластор, у тебя всегда есть собственный падший ангел с копьем для защиты. Вариантов куча, короче.

Сердце Чарли ухнуло куда-то в желудок. Вокс отказал ей. Вот так, без пафоса и ужимок. Он был прав в каждом своем слове, и это ранило ее. Она могла бы возразить, но ни одно из приходящих ей на ум слов ей не нравилось.

— Но… Я прошу тебя, — наконец жалобно сказала она, пытаясь найти понимание в ответном взгляде.

— Прости, дорогая, но нет, — спокойно ответил он. — Твои разборки с Адамом меня не касаются. У меня здесь целая башня грешников, чьи задницы я обещался держать в тепле и сытости. Я не могу бросить это все, чтобы пободаться с первозданной тьмой из-за твоих юношеских ошибок.

— Какая ты все-таки мразь, Вокс… — прошипела из-за ее спины Вагги, но Чарли тут же властно вскинула руку, заставляя ее замолчать. В его словах была правда, глупо отрицать. Но она не могла не попытаться еще раз:

— Пожалуйста, Вокс. Помоги мне, я отплачу тебе, чем скажешь. Под ударом моя семья.

Вокс не успел ответить, потому что Валентино, сидевший от него по левую руку, вдруг одним грациозным движением встал во весь рост, привлекая всеобщее внимание и, враждебно блеснув стеклами очков, спросил:

— И поэтому ты хочешь пожертвовать нашей семьей себе во благо? Чужих не жалко? Поэтому ты не просишь свою ангелицу или оленя?

Ярость всколыхнулась в ее сердце. Она прекрасно могла общаться с Воксом и вроде неплохо ладила с Вельвет, которая в последнее время приходила в отель со своей девушкой. Она была совершенно незаинтересованна в искуплении, просиживая все сессии с телефоном в обнимку и отказываясь активно участвовать, но она хотя бы не мешала. Валентино же был олицетворением всего того, что Чарли было омерзительно. В ее сердце он навсегда остался мучителем Энджела, до последнего хватавшимся за свою «собственность» и ни разу не раскаявшимся ни по этому поводу, ни по прочим другим. Она не желала слушать возражений от него, тем более когда они кололи ее в самое сердце своей отвратительной… Она боялась сказать это слово даже про себя, чтобы не признавать этого. Она… Она вообще не понимала, как эти двое могли жить душа в душу, но считала, что все плохое, что есть в Воксе, ему, наверняка, нашептывает его страшный любовник.

— Вал, перестань, — помощь пришла откуда не ждали. Вельвет продолжала смотреть в свой экран и что-то свайпать пальцем, как будто не она только что остановила начинающуюся перепалку. — Это разговор не принцессы с Ви, а принцессы с Воксом. У нас здесь нет права голоса.

Валентино громко фыркнул, но все же сел в свое кресло, демонстративно отвернувшись от Чарли. Поделом.

— Мой ответ — нет, принцесса, — спокойно ответил Вокс. — Я не буду помогать в твоих начинаниях, если это не касается меня лично.

Ей пришлось уйти ни с чем.

И хоть она понимала, что их приятельские отношения не давали гарантий на абсолютное согласие на каждую ее просьбу, в глубине души она продолжала надеяться на лучшее в своем сильнейшем грешнике.

***

Люцифер с грустью смотрел на отсветы мира ангелов в центре кроваво-красного неба.

Завал потихоньку разгребали, но драка удалась на славу — даже с помощью магии нельзя было восстановить все в мгновение ока.

Он не боялся первозданной тьмы, в отличие от своей дочери. Можно сказать, что он сам и породил ее, подарив Адаму и Еве свободу воли и право выбора. Ведь выбор далеко не всегда верный. Он может быть сложным, а человек помимо гордыни, еще и ленив, завистлив, гневлив, жаден, похотлив и обжорлив. Разрушать проще, чем строить, и тьма подтачивает все слабые места души, чтобы заставить ее впустить себя и восстать над миром.

Он так много раз сражался с ней в прошлом, что уже устал от этого. Сколько бы он ни пытался, она как лирнейская гидра отращивала себе новую голову-источник и снова шла в бой. Чарли была просто слишком мала, чтобы помнить все предыдущие разы.

Король или нет — он не мог приказывать грешникам делать так, как хочется ему. И ему тоже приходилось договариваться со своим сильнейшим грешником каждый раз, когда тьма становилась настолько сильной, что ни один идиот с комплексом героя не мог выстоять против нее. Он точно знал, что старик Зестиал посмеется и пошлет его подальше, если он снова попробует обратиться к нему, а потому еще давно забрал у него свое слово, не доверяя его больше никому.

Жаль, что он не успел научить Чарли основам выбора, и ее слово досталось грешнику практически по случайности и против ее собственной воли. Впрочем, как показало время, эта случайность оказалась не самым плохим вариантом.

— Как мне поступить, папа? — спросила его Чарли, когда Аластор, узнавший имя нынешнего источника, пришел требовать у нее забрать свое слово у Вокса и отдать ему, обещая ей в ту же минуту разобраться с надвигающейся проблемой.

Но у Люцифера не было правильного ответа, так что он сказал:

— Это твое слово и только твой выбор, родная… Хочешь мое мнение? Оба мудаки, но проще привязать к себе того, кому есть, что терять.

Ей не понравились его слова, конечно же. Слишком жесткая формулировка, он знал и нарочно выбрал ее. У него не было для нее другого совета. Его слово, например, все еще оставалось с ним, но он не знал ни одного подходящего сосуда. Титулом «сильнейшего» не разбрасываются, это просто опасно. А ставить условия тем, кому он даже подзатыльника отвесить не может, самонадеянная глупость.

Что такое слова короля или принцессы Ада? Дополнительная сила, возвышающая над окружающими. И ведь они ничего не могут потребовать взамен, только надеяться, что эта сила пойдет на благо, а не на зарабатывание статуса и пожинание плодов.

Он не мог помочь Чарли в ее выборе, и не мог облегчить ее страдания. Но это их недавнее поражение еще не было концом. Все еще нужно было спасти Вагги и ту вторую девочку. Этот мальчик… Вокс же? Правильно сказал — передышку нужно использовать с умом.

Проверив еще раз, не нужна ли его помощь Чарли, он пошел прочь от отеля, с интересом вытягивая шею, чтобы найти того грешника, с которым его дочь ругалась ранее.

Он обнаружился неподалеку — сидел на обломках и задумчиво курил, глядя в небо. Прокашлявшись, чтобы его заметили, Люцифер подошел к нему:

— Грустишь?

Мужчина смерил его ледяным взглядом и демонстративно затянулся.

— Ты прости ее, — мягко попросил он.

— А то что? Опять будешь брызгаться водой? — С вызовом поднял подбородок он.

Люцифер рассмеялся.

— А хочешь? — Лицо его собеседника скривилось, и он успокаивающе поднял руки вверх. — Не буду.

— Я просто не понимаю, — внезапно дрожащим голосом сказал грешник, внимательно глядя на него, словно ожидая ответа. — Почему Вокс? Почему Вельвет? Почему моя семья должна разгребать ваше дерьмо? Нахера он раз за разом ввязывается в очередную ее авантюру? Это не наша ебанная проблема!

Люцифер молча выслушал и не стал отвечать сразу, с интересом разглядывая его высокую ломкую фигуру. Такой огромный, а все такой же ребенок, как и остальные грешники. Все они — его дети. Напуганные и запутавшиеся. Не знающие верного пути. Но и он сам не знал, как правильно. Знал бы — сидел бы себе на небесах и коал гладил.

— Дать свое слово твоему другу — выбор Чарли, — мягко сказал он. — Так же как и принять это слово и действовать согласно ему — выбор твоего друга. Прийти в отель за своей любовью — выбор твоей подруги. Ты не можешь помешать окружающим делать свой выбор, нравится тебе это или нет.

Мужчина грязно выругался.

— А каков твой выбор? — мягко спросил Люцифер.

Ответом стало молчание. Грешник разжег новую сигарету и с упоением затянулся. Люцифер не стал его торопить, снова подняв глаза в небо и лаская томящимся взглядом недосягаемый мир ангелов.

— В моей жизни было много хуевых выборов, — услышал он спустя время и вернул свой взгляд на грешника. — И чаще выбирали за меня, — Люцифер понимающе кивнул ему. — Но сейчас все иначе. Мой выбор — Вокс.

На его губах расцвела улыбка:

— И о чем попросил тебя твой Вокс?

— Найти ангельское копье, — со вздохом ответил тот, затушив окурок и поднявшись с камней.

— Ну так пойдем, сынок. Я попробую помочь тебе.

Chapter Text

Аластор стал монстром еще при жизни. Это было несложно: из-за какой-то жестокой шутки судьбы он, потомок семьи свободных переселенцев, имевших свои владения и деньги, родился человеком второго сорта.

У него было прекрасное образование — бабка лично следила за этим и не спускала ему лень с рук. Но это все оказалось неважным — даже прекрасно владея риторикой, он месяцами был вынужден оббивать пороги двух радиостанций Нового Орлеана, не желавших видеть его в роли ведущего за то, что он был цветным. Все значимые позиции занимали белые люди, а они не хотели иметь ничего общего с такими как Аластор, и им было плевать на то, какой он умный, интересный и образованный.

Он должен был заходить через «вход для цветных» в здание радиостанции, где в итоге выбил себе работу. Вынужден был ходить в заведения только для цветных, а на редких «общих» приемах, куда его неохотно приглашали, ему раз за разом находили новый способ указать на его низкое положение.

Систему поменять было невозможно. За любое неверное слово его бы выгнали с радиостанции без разбирательств, а говорить в микрофон было делом его жизни.

Первый шепот тьмы он услышал еще в юношестве, когда ему в очередной раз перегородили дорогу мальчишки чуть старше и крупнее, а главное правильного цвета кожи, и начали толкать его. Их бесил его прямой взгляд и широкая улыбка, так что они повалили его на пыльную дорогу и принялись пинать с улюлюканьем и обидными криками.

Он не мог ударить. Ни при всех, ни в одиночестве. Стоило ему защититься — и они позвали бы взрослых. Белых взрослых, которые всыпали бы ему сильнее, приговаривая «так тебе, цветное отродье».

Убей. Убей. Убей.

Он был цветным, но точно не отродьем. Его семья никогда не была рабами, они все были образованы, говорили без акцента, имели свои связи и бизнес, который теперь постепенно рушился.

Убей. Убей. Убей.

Его внутренний голос был ласковым и приятным, так что Аластор с удовольствием ответил своим обидчикам. Не сразу. Не напрямую.

Он с наслаждением наблюдал за тем, как двое из той компании тонут вместе со своей лодкой, в которой он заранее проделал дыру. Даже кричал «На помощь! Скорее!», но ровно тогда, когда спасатели бы все равно не смогли помочь.

Эйфория была сильной, но не продолжительной.

Убей. Убей. Убей.

Спустя пару дней он столкнул главаря обидчиков под трамвай. Точнее тот сам упал. Платформа была узкой, а народу много. Какая нелепая случайность, что за секунду до падения именно Аластор оказался прямо за ним и невзначай задел локтем.

После он продолжал стоять на платформе и смотреть на то, что осталось от того парня. Зрелище было… Завораживающим. Но он все еще не чувствовал полного удовлетворения.

Он продолжал избавляться от своих обидчиков, маскируя все под несчастные случаи, но в один из разов ему пришлось убить своими руками. О, это уже было ближе к тому сладостному чувству, которое он хотел испытать.

Однажды облизав пальцы, он понял, что кровь его жертв приятна на вкус, и у него наконец сложился пазл, чего же ему не доставало в этих убийствах.

Одна из его жертв, умершая не слишком быстро, прокляла его фразой «ты будешь в аду гореть», и, в общем-то, верующий Аластор задумался.

Дорога в рай ему точно не светила, ведь он нарушил одну из заповедей. Может быть даже несколько.

Но в Аду были те же люди, а значит и то же деление на белых и всех остальных. Чего он не ожидал, так это того, что ад оказался не черно-белым. Он был кроваво-красным.

Они с Воком сидели в приемной Кармиллы Кармайн в ожидании хозяйки, что уже само по себе было достаточно унизительно. Но ее дочери просто сказали, что та подойдет минут через сорок, и они могут или ждать, или убираться восвояси.

Аластор был все еще в сомнениях, что лучше, но Вокс тяжело опустился на предложенный стул, и с него прокатился столп искр по ковру. Аластор элегантно устроился по соседству, поправив полы сюртука, чтоб не мялись.

Он оперся на свой микрофон, продолжая безмятежно улыбаться, в то время как в голове лихорадочно носились мысли. Он не ожидал, что Вокс вернется в игру. Глупая Вельвет, оказавшаяся на дороге, из-за ее жертвы Вокс теперь наизнанку вывернется, но не отступит. Это путало ему карты.

В прошлом Аластор просто оттолкнул бы его, но не после всего.

Шрам под рубашкой привычно зачесался. Вряд ли Вокс его как-то заговорил, когда наносил, но он действительно сделал Аластора слабее.

Не физически или магически, конечно. Эмоционально.

Когда-то давно, когда тот еще был Винсентом, Аластор ненадолго поверил, что они похожи. За обоими тянулся шлейф убийств людей, которые мешали им наслаждаться своей жизнью. Но один разговор за выпивкой перечеркнул их сходство.

— Удовольствие?.. — Задумчиво переспросил его Винсент, аккуратно болтая в когтях стакан с виски. Лед мелодично бился о стеклянные бока. — Получал, когда все же оказывался на том месте, которое сам себе обозначил.

Аластор снисходительно улыбался ему:

— Это понятно, но что насчет того, когда видишь, как блеск пропадает из их глаз и крики затихают?..

— Отвратительно, — передернул плечами Винсент. — Всегда бесила грязная работа, поэтому в основном это были несчастные случаи, где я не прикасался к ним напрямую. Они мешали, конечно, но это всего лишь марионетки на сцене. Если их можно убрать чужими руками, то зачем пачкать свои?..

Аластор был расстроен этим ответом.

Винсент всегда был слабаком, увлеченный своим светом софитов, как глупый щенок, бегающий за солнечным зайчиком.

Мимолетное желание взрастить себе подобного растаяло вместе с остатками льда в его стакане.

Аластор более не желал видеть подле себя никого, а Винсент был не против делиться лучами славы, если основное внимание все равно направлено на него. Да и это, похоже, перестало его волновать, когда на первое место вышли его Ви.

«Слабые сбиваются в стаи», — зло подумал про себя Аластор.

Противно было даже не от того, что Винсент продолжал считать его своей семьей, а то, что Аластору это вдруг стало нравиться. Раньше он мог отпихнуть, спровоцировать, унизить этого демона и получить огромное удовольствие, но сейчас необходимость выкинуть его из игры приносила почти физическую боль.

Он перевел взгляд на Вокса. Тот даже не скрывал своего нервного состояния: молния между антеннами металась испуганной ланью, опасно потрескивая, а его нога нервно постукивала по паркету, будто он наступил на нерв и делал это непроизвольно.

В этом состоянии он был опасен, и Аластор пожалел, что они не взяли няньку Вокса с собой. У Валентино получалось хорошо заземлять своего любовника: он сам был тактилен и легко переплетал пальцы, прижимал к себе, заставлял сосредоточиться только на своем голосе.

Аластор ненавидел чужие прикосновения. Чаще всего они несли за собой боль, так что он не позволял никому коснуться даже полы своего сюртука. Но Вокса нужно было выводить из этого состояния, и он был уверен, что любой саркастичный комментарий сделает все только хуже.

Растопчи. Раздави. Уничтожь.

Он переложил свой микрофон из руки в руку и осторожно накрыл ладонью дрожащее колено Вокса, мягко сжав его.

С Вокса тут же посыпались искры, но, главное, он перестал щелкать молнией и стучать ногой.

— Что ты делаешь? — Хрипло спросил он. Подняв взгляд, Ал понял, что тот смотрит прямо на него огромными, ничего не понимающими глазами, и шире улыбнувшись, ответил:

— Успокойся. С Вельвет все нормально.

Вокс тут же вскочил, нависая над ним. Ал рефлекторно прижал уши, но погасил в себе желание показать, кто из них сильнее.

— Тебе откуда знать?!

Унизь. Разозли. Раздави.

— Я сожрал Люцифера в таком же состоянии, — растягивая слова и улыбку, ответил он. — Он вышел на волю с легкой мигренью.

— Вельвет — не король ебанного Ада! — Похоже, сравнение не помогло, Вокс снова затрещал молниями.

— Зато она там не одна. Будь уверен, наша прекрасная Вагги не бросит твою девчонку в беде.

И это не помогло — Вокс начал мерять приемную шагами, хмурясь и что-то бормоча себе под нос.

Кармиллы все не было, и это начинало уже бесить.

Сломай. Сломай. Сломай.

Аластор встал и, поймав проходящего мимо него Вокса за руку, дернул на себя, переплетая пальцы. Это не было объятием как таковым, хоть экран Вокса ткнулся куда-то ему в ключицу, а сам он крепко сжимал чужую ладонь.

— Успокойся, — твердо повторил он. — Даже если бы оружие было у тебя в руках, нам все равно пришлось бы ждать, пока тьма снова накатит на город.

Краем глаза он заметил, как дрожали плечи Вокса, но не стал делать еще одного прикосновения. То, что между ними происходило сейчас, было уже гораздо больше его комфортного максимума.

Сожми. Раздери. Сломай.

Он сам был напряжен, но эта близость не вызывала отторжения, как в прошлом. Вокс тоже не обнимал его, но судорожно цеплялся за его пальцы, продолжая прятать лицо.

— Ты знаешь, почему она не накрывает город полностью навсегда? — Тихо спросил Вокс. — Разве у нее недостаточно сил?

Аластор тяжело вздохнул:

— Боюсь, у меня нет ответа на этот вопрос. Источник может жаждать скорого исполнения желаний сколько угодно, но тьма сама решает, как ей поступить.

— Куда она хоть уходит?..

Аластор не ответил, потому что и сам не знал. Зато он услышал глухой звук шагов Кармиллы за дверью, а потому осторожно отпустил Вокса, на секунду крепче сжав его пальцы, и встал, опираясь на микрофон и расправив плечи.

— Оставь переговоры мне, — властно сказал он, внутренне готовясь к сопротивлению, но Вокс, чуть помедлив, кивнул:

— Надеюсь, у тебя получится лучше.

Он тоже выпрямился, вставая плечом к плечу, и Ал невольно улыбнулся чуть более искренне, чем обычно. Дверь открылась, впуская хозяйку здания, и та, бросив на них сочувствующий взгляд, пустила в свой кабинет.

— Догадываюсь, зачем вы здесь, но не могу помочь, — тут же сказала она, садясь за свой рабочий стол.

Надо отдать должное Воксу — он бросил короткий взгляд на Аластора и промолчал.

— Ну дорогая моя Кармилла, — вкрадчиво начал он, садясь напротив нее. Вокс последовал его примеру. Он действительно взял себя в руки, и теперь не было видно ни одного знака, что он паниковал буквально минуту назад. — Зачем так сразу? Думаю, мы вполне можем договориться.

Дочери Кармиллы поставили перед ними изящные фарфоровые чашечки с эрл греем, и Аластор ловко подхватил свою, с удовольствием разглядывая тонкую работу мастера.

— Ну попробуйте, — вздохнула Кармилла, откинувшись на спинку своего кресла и прикрыв глаза. — Ни одного из вас я не хотела бы видеть здесь с подобными просьбами, и я очень надеялась, что вы сами это прекрасно понимаете…

— И тем не менее мы здесь, — не позволил он сбить с себя спесь. — Два старых врага объединились перед твоим лицом, дорогая, не находишь это забавным?

Задави. Задави. Задави.

— Не особо, — скучающе пожала плечами она. — А тебе, Вокс, я уже говорила — то оружие было последним и взаймы. Ты посмел не вернуть.

Вокс открыл было рот, но Аластор выставил перед ним микрофон и закинул ногу на ногу, расслабленно откидываясь на спинку своего кресла. Он сделал глоток и только потом с улыбкой сказал:

— Воровство — не самый страшный порок в нашем Аду, дорогая. Тем более оружие до сих пор ни разу не использовалось во вред, а хранилось для исключительного случая.

— Да, мне уже показали, как вы красиво уронили его, — ни тени улыбки не было на ее лице, все тот же тяжелый взгляд.

Это было… Плохо. Стоило бы проклясть самого Вокса с его поголовной цифровизацией и невозможностью скрыться от камер телефонов окружающих.

— Это была случайность, — улыбнулся как можно ласковее Аластор. — Будь великодушна, дорогая.

Кармилла неторопливо отпила из своей чашки и почти беззвучно поставила ее на блюдце.

— А тебе вообще нельзя доверять, Аластор, — безразлично сказала она. Он еле успел подавить радио-помеху до того, как ее можно было различить на слух. — Какой тебе интерес бороться с тьмой?

— Ты такого плохого мнения об мне, — театрально вздохнул он, тоже возвращая свою чашку на стол. — В этот раз тьма охотится непосредственно за моей дорогой подругой Чарли, как я могу остаться в стороне?

Кармилла долго смотрела на него, не мигая, и этот взгляд очень не нравился Аластору. Казалось, он сам себя заводил в тупик. Затем она внезапно перевела взгляд на Вокса и спросила:

— Ну а ты почему молчишь?

Блядь.

Кармилла просто проигнорировала его!

Аластор тоже инстинктивно обернулся на Вокса, который выглядел отвратительно серьезно и собранно. Он все испортит…

— Кармилла, я… — его голос сразу же сбился, но сейчас Аластор не мог бы ему помочь. Оставалось только крепко сжимать микрофон. — Я знаю, что ты не хочешь видеть меня здесь. Но эта тварь сожрала Вельвет. Я пойду на любую унизительную сделку, лишь бы ты помогла мне. Деньги, влияние, Вокстек — все забирай.

Аластор почувствовал, как у него мурашки поползли по шее. Что этот идиот говорит?..

Заткни. Заткни. Заткни.

— Что, и душу продашь? — Скучающе спросила та.

Вокс на секунду задохнулся. Аластор впился глазами в его лицо, не зная, как тот собирается выкручиваться теперь. Сделка на душу? Да кто на это пойдет!

— Продам, — сказал он, прямо глядя ей в глаза.

Аластор вскочил на ноги раньше, чем понял, что делает. Он загородил Вокса микрофоном, показывая, что последние слова были лишними.

— Он это несерьезно, — неловко рассмеялся Ал. — Давайте все же договоримся о более мягких условиях.

Микрофон стал ощущаться тяжелее, когда Вокс положил на него ладонь и заставил опуститься вниз, вставая рядом с ним.

— Я чертовски серьезен, Ал, — тихо сказал он, тяжело глядя на него, а затем снова обратился к Кармилле. — Надо — забирай.

Радиопомехи все же прорвались и стали слышны. Аластор лихорадочно пытался сообразить, как вытащить этого утопленника и самому не потерять лицо еще больше, чем сейчас. Улыбка стала такой широкой, что он почувствовал, как начинают дергаться скулы.

Вмешайся. Вмешайся. Вмешайся.

— Мне не нужна твоя душа, Вокс, — отмахнулась Кармилла, снова откинувшись на кресло. — Достаточно искренних извинений.

Вокс громко выдохнул, на секунду закрыв глаза.

— На колени вставать?

— Без театральных жестов, — фыркнула она.

Вокс молча кивнул и, закрыв глаза, положил руку себе на грудь. Ему понадобилось какое-то время, чтобы собраться, но затем он открыл глаза и спокойно произнес:

— Прости меня, пожалуйста. За все. За угрозы, за назойливость, за то, что истратил твои запасы ангельской стали, за то, что не сдержал обещание, за обман. За малодушие. Я знаю, что ты не любишь заискивание, но я надеялся, что Аластор тебя уговорит… Не обещаю, что стал лучше, не могу сказать, что мне стыдно. Но я сожалею.

Аластор стоял рядом, как громом пораженный. Что он сейчас сказал?..

Растопчи. Добей. Уничтожь.

— И ты, Ал, прости, — обернулся Вокс и серьезно посмотрел на него. — Я не должен был истерить и прятаться у тебя за спиной, когда речь идет про то, что мне дорого.

Что за?..

Он почувствовал испытующий взгляд Кармиллы и тут же напустил покровительственности в свою улыбку:

— Ну-ну, мой старый друг, — снисходительно поцыкал он. — Я всегда готов подставить тебе плечо!

— Удивительно, — вздохнула Кармилла и взмахнула рукой, призывая их сесть обратно в свои кресла. — Но я рада услышать хоть что-то честное от тебя, Вокс. Аластор, тебе есть, чему поучиться у своего друга, — он не смог сдержать очередную радио-помеху, прозвучавшую излишне громко. — Вот только помочь прямо сейчас я все равно не могу.

— Что?.. — Еле слышно выдохнул Вокс.

— Дело не в тебе, — отмахнулась она. Вокс медленно опустился в свое кресло, словно у него закончились силы. — Со всеми этими новыми договорами с ангелами, часть моих поставок закрылась. Мне нужно время, чтобы сделать что-нибудь подходящее. И в этот раз не идет речи о том, чтобы заговорить, скорее всего я просто не успею, а дело срочное. И, конечно, ты мне отплатишь. Цену назову позже.

— Не могу просить о большем… — с благодарностью прошептал Вокс.

Аластор остался сидеть на месте со своей приклеенной к устам улыбкой. Его выкинули из переговорного процесса так, как будто он был неважен, и это только сильнее разозлило его, усиливая шепот внутренней тьмы.

Уничтожь. Уничтожь. Уничтожь.

***

Тревис, несмотря на свой высокий статус и продолжительность работы, был не самым любимым грешником Вокстека. Его единственным «приятелем» был Итан, который терпел его рядом с собой постольку поскольку.

Они жили в общем-то душа в душу, особенно с тех пор, как пришлось поселиться в одной комнате общежития для работников Вокстека. Тревис соблюдал тупые правила Итана, Итан терпел, когда с соседней койки доносились вполне определенные звуки. Идеальное партнерство.

Девочек Вельвет он не запоминал. С ними было сложно закрутить, потому что правила модного напрямую запрещали интрижки с другими отделами, а ее модели очень крепко держались за свои места. Потеряв однажды, вернуть расположение шефини было невозможно. Ну и дуры. Жизнь-то мимо проходит.

Когда Мелисса стала ассистенткой Вельвет, Тревис вздрочнул на нее раз тридцать. Но Мелисса не отвечала на его неуклюжие виляния хвостом, и добиться зануду Итана было бы быстрее, так что он вычеркнул эпитет «сексуальная» по отношению к ней и начал относиться как к младшей сестре.

Она неплохо вписалась в их дуэт. Раньше они с Итаном разыгрывали хорошего и плохого полицейского для остальных сотрудников. Итан костерил провинившегося на чем свет стоит, а Тревис потом успокаивал и поебывал, после чего строил глазки Итану и тот прощал, только бы не смотреть на это зрелище. С приходом Мелиссы роль жилетки перешла к ней, а Тревису осталась самая приятная часть процесса.

Он знал, что она втюхалась в Вельвет чуть ли не с первого дня. Активно покрывал ее перед Итаном, потому что того удар мог хватить от самого факта, что кто-то решил добровольно прыгнуть в постель одного из Ви.

Не то, чтобы Тревис не одобрял, он в свое время сам залипал на своего шефа. Но попытки сблизиться с харизматичным и скорым на расправу начальством всегда были чреваты последствиями для самого прыгуна.

Честно? Он, например, был рад, что Валентино спал с Воксом, потому что эти отношения делали его шефа счастливым. А счастливый Валентино — добрый Валентино, и его работникам не приходилось корячиться на восемнадцатичасовых сменах с одним перерывом на поссать. Если для хорошего настроения ему нужно выебать 4К телевизор, то Бог ему судья, а Тревис лично отнесет шефа в нужную постель и посыпет ее розовыми лепестками.

Но сейчас это все было неважно, потому что на кону стояло само существование Ви. И если Мелисса говорит, что нужно достать коготь Вокса, то он поможет.

Оставив своих подельников в канализации, Тревис бросился обратно в башню за металлоискателем и магнитом. Он считал логичным воспользоваться этими приборами для поиска ангельской стали, хоть и не был уверен, что его план сработает.

И сейчас, запихав все, что могло по его мнению пригодиться, он бежал обратно к дырке, надеясь на то, что его подельники не успели уплыть далеко.

— А ну стой, — услышал он начальственный голос и резко затормозил. Валентино стоял у обломков вместе с королем Ада. Ну и чудеса происходят в последнее время… — Ты куда это?

— Здрасьте, вашепресходительство, — кивнул он сразу обоим. — Так а я того. За когтем.

Валентино нахмурился.

—Он же провалился под землю?..

— Так а мы ищем, шеф. Вот, несу ребятам инструменты в подмогу. Разрешите идти?

— Чтобы с хлоркой отмыли, как найдете, — брезгливо поморщился тот, и Тревис, взяв под козырек, побежал дальше.

Найдя нужную дыру, он наклонился и крикнул:

— Эй, вы еще там?!

— Чтоб у тебя хуй отсох, предатель! — послышался вполне бодрый ответ от Итана, и Тревис понял, что не все так плохо.

Он быстро спустился вниз, морщась от неприятной вони, и увидел, что Итан сидел на корточках, подсвечивая мутную воду, в которой по колено стояла Мелисса.

— Почему там стоит леди, а не ты, умник? — Недовольно спросил он, скидывая поклажу на пол.

— Я сама вызвалась, — улыбнулась Мелисса, отмахиваясь от него. — Что ты там принёс?

— И все равно негоже приличной девушке в грязной воде шариться, — проворчал тот, доставая свои находки. — Я хз, можно ли найти металлоискателем ангельскую сталь, но все лучше, чем ничего. И плюс магнит, на случай, если можно притянуть.

— Неплохо, — со вздохом признал Итан, подходя ближе. — Только боюсь, что помимо когтя мы еще найдем… Всякое.

Ну еще бы.

Тревис включил свой приборчик и сам полез в воду. Тот тихо запищал, и хоть радоваться было рано, он сунул металлоискатель в руки Мелиссы и, вернувшись на уступ, сдернул Итана за собой.

— Что ты делаешь?! — вскрикнул тот.

— В печали и радости, родной, — хохотнул Тревис. — Подсвечивай.

Они довольно долго провозились, слушая металлоискатель и шаря по дну, но, похоже, коготь все же отнесло чуть дальше по течению. На уступе уже собралась горка бесполезных находок, а все трое чувствовали усталость и злость из-за того, что дело не двигалось.

— Там дальше если только полностью нырять, — поморщился Итан. — Я думаю, что мы уже сделали свой максимум. Давайте возвращаться…

— Я останусь, — насупилась Мелисса. — Можете идти, если хотите.

Тревис тяжело вздохнул и, порывшись в своей наплечной сумке, достал водолазную маску. Они, конечно, могли вернуться, но к чему тогда страдания последних нескольких часов?.. Вельвет нужно было спасать, иначе Лисса зальет слезами их общий кабинет. А если Вокс красиво спасет их третьего босса, то шеф будет счастлив, и Тревис сможет выдохнуть чуть свободнее. Ну и наконец соблазнить того нового оператора. Или все же Итана, которому по случаю, наверняка, дадут выходной.

Нет, они не могли сейчас сдаться.

— Лови, — кинул он Итану маску. — Дальше я ищу, ты ныряешь. Лисса светит.

— Почему это я ныряю?! — Возмутился он.

— Из нас троих только ты рыбка, — в этот момент металлоискатель снова запищал, привлекая всеобщее внимание. — Так что ты и плыви, — Тревис вручил ему магнит и, не дожидаясь дальнейших возражений, пинком отправил Итана на глубину.

— Зачем ты так?! — Вскрикнула от удивления Мелисса.

— Говорю же, не девичье это дело по грязной воде лазать, — фыркнул Тревис и махнул ей рукой. — Идем. Нам еще копаться и копаться тут.

Его шея и плечи уже порядком затекли, но настроение было все еще оптимистичным. Втроем как-нибудь справятся.

Chapter Text

Отель пострадал не настолько сильно, как казалось на первый взгляд. Да, фасад полностью разрушен, их с Вагги пентхаус наверху и крыло, в котором жил отец. Комнаты постояльцев были не тронуты, а потому, расчистив первый этаж, гости решили остаться в отеле.

— Могло быть и хуже, — задумчиво покивал Бакстер. — Но если моя теория верна, то источник и тьма симбиотичны, и воля источника влияет на тьму. Если душе Адама приспичило убить именно вас с королем, то тьма и не трогает остальных.

— Тьма захватила Вагги с Вельвет, — грустно напомнила ему Чарли. Воспоминания об этом моменте терзали ее сердце. Все произошло так неожиданно быстро… Вагги буквально вытолкнула ее из комнаты и понеслась сражаться с тьмой. Что с ней теперь?.. Действительно ли все в порядке, как говорил отец?.. Тьма точно боялась ее оружия, но это не помешало ей разобраться с Вагги за несколько минут и поглотить ее.

— Вагги дорога тебе, — напомнил ей Бакстер. — И, насколько помню, Адам ее тоже ненавидел. А Вельвет да… Не подпадает под теорию…

Чарли не была уверена, что можно было строить какие-либо теории относительно существа без разума. Или у тьмы он все-таки был?.. Или это была искра сознания Адама?..

Они сидели на занятии с грешниками и делали упражнения, когда пол под ними содрогнулся, и внешняя стена вместе с окном рухнули, осыпав всех пылью и кусками камня со стеклом. Все заволокло, началась паника… Чарли плохо помнила, как именно все происходило, но в моменте, когда тьма подхватила Вельвет, она как раз находилась ближе всех, и потому рванулась вытащить ее. Она даже успела зацепиться за ее пальцы, но тщетно — тьма буквально за секунду поглотила девушку, оставив в руке Чарли ее телефон.

Сейчас она достала его из кармана и нажала на экран. Тот, конечно же, был заблокирован, но она и не пыталась проникнуть внутрь. Она грустно улыбнулась селфи счастливой троицы Ви на экране, провела подушечкой пальца по лицу Вокса и нажала на кнопку выключения. Нужно было отдать ему телефон…

Если бы он только послушал ее тогда, в Вокстеке… Если бы у нее было хоть чуточку больше красноречия… Этого можно было избежать! Вагги бы не оказалась в пасти тьмы…

Она мягко опустилась на запорошенный пылью диван и тихо вздохнула.

— Ты в порядке?.. — Бакстер мягко похлопал ее по колену. — Принести воды?..

Она мотнула головой, беря его маленькие ручки в свои ладони.

— Я… Я должна была быть честной с Воксом, — тихо произнесла она. — Тогда он ответил бы на мою просьбу… — Она зажмурилась. — Я просто… Я так испугалась, что все повторится, как в тот раз. Раз уж у меня есть какая-то сила, которую я могу даровать для защиты окружающих, то почему я просто не могу ей воспользоваться?.. И я…

Бакстер аккуратно сжал ее ладони в ответ:

— Все будет хорошо, принцесса. Насколько я знаю Ви, они резко мобилизуются, когда одному из них угрожает опасность. Просто наблюдай и наслаждайся.

Как жаль, что Бакстер не мог понять ее страданий…

Если бы она только могла…

Чарли снова зажмурилась, крепче сжимая руки Бакстера. Если бы Вагги была здесь, она нашла бы правильные слова. Она бы обняла ее и сказала что-то в своей немного грубоватой, но заботливой манере, и Чарли бы успокоилась. Но Вагги сейчас рядом не было. Зато была эта наступающая тьма с Адамом в комплекте, чувство вины перед Воксом, чувство полной беспомощности и бесполезности.

Еще одна маленькая ладошка накрыла ее, и Чарли, открыв глаза, увидела Ниффти, вставшую рядом с Бакстером.

Всхлип раздался раньше, чем она поняла, что произошло. Она сползла с дивана и сгребла обоих своих друзей в объятия.

Если бы здесь был Энджел, он сказал бы что-то язвительное, но заставляющее расправить плечи.

Хаск бы достал бутылку и отсалютовал ей: начинай, а я за тобой.

Черри бы сказала «ну что зассали-то? Погнали, сучки!».

Сэр Пентиус растерялся бы, а потом взял командование на себя.

Вагги… Вагги бы улыбнулась, и все сразу стало бы гораздо лучше.

Но здесь были только Чарли, Бакстер и Ниффти.

— … Я справлюсь… Я как-нибудь справлюсь, — прошептала она.

— Ну, процент маленький, конечно, — Бакстер поправил очки свободной рукой. — Но для успешного сценария тебе нужно много взять на себя, впасть в панику, дергать окружающих до исступления, и тогда все поворачивается так, как нужно тебе. А еще тебе нужно спеть.

— Это твоя сила, — подсказала ей Ниффти.

«Не реви, пой!», — почему-то вспомнился резкий голос Валентино. — «Пой, черт тебя возьми!»

Почему в такой момент…

— Да, вы правы, — она отпустила их и вытерла слезы рукавом. — Мне нужно подумать над песней…

— Я принесу какао! — Хлопнула ее по руке Ниффти и ускакала на кухню.

— А я прослежу, чтобы в нем не было тараканов, — вздохнул Бакстер и побежал следом за ней.

Чарли осталась одна. Она закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Вокс тоже ей сказал думать над песней. Из его уст это всегда звучало как подкол, но, похоже, он действительно имел это в виду. Вот только песню нельзя придумать. Она льется сама, ведь именно так работают ее силы. Ей нужна только правильная эмоция…

Любовь… Вагги была далеко. Как знать, услышит она ее голос сквозь эту всепоглощающую тьму?..

Решимость. Ей нужна решимость — это то, что поможет направить Вокса. Ведь так?..

Вера… Могла ли она верить в свой выбор?.. «Я не буду помогать в твоих начинаниях, если это не касается меня лично» — прозвучал отстраненный голос Вокса в ее голове. Это… Это так ранило ее. Она никогда не призналась бы вслух, но… Разве они не были друзьями?.. Разве он не гордился своим званием «сильнейшего грешника»?.. Разве ему так сложно было ответить на ее просьбу?.. Разве мало она для него сделала?..

«Отдай свое слово мне», — вспомнились слова Аластора из их разговора буквально несколько дней назад. — «Воксу эта возня неинтересна, это правда. Ну а я готов встать и защитить твою честь, Чарли. Мы же друзья.»

Ни черта она тогда не поверила ни его улыбке, ни пугающему взгляду. Он, наверняка, хотел отомстить Адаму, а на нее давил тем, что было ей близко. Чарли не хотела мести — ей было достаточно того, чтобы угроза отступила. И она все еще помнила слова Кармиллы с того раза, как сам Аластор стал угрозой.

«Принцесса может назвать сильнейшим радиодемона, но тогда нам точно всем будет конец.»

Соблазн был велик и тогда на самом деле. Вокс отказался, а угроза не была эфемерной. Но Аластор… Да, он сильно изменился с тех пор, как они с Воксом вернулись из лимба. Она так и не узнала, что происходило там, но была уверена, что изменения эти к лучшему. Вот только если ее слово дает такую силу, где гарантия, что оно будет использовано во благо?.. Отец сказал, что давно не видел подходящего грешника для передачи собственного слова.

Если быть совсем честной, то она Вокса не выбирала по-настоящему… Это Аластор тогда воспользовался их сделкой и заставил ее признать… Был ли Вокс действительно ее выбором?.. И если бы не эта случайность, то думала бы о нем?..

Он вот о ней точно думал в последнюю очередь, отказав там, в Вокстеке. Как ей было обидно из-за этого…

И, конечно, ей было безумно жаль Вельвет, но…

«Чужих не жалко?», — прозвучал раздраженный голос Валентино в ее голове.

Жалко, конечно. Но Чарли могла быть достаточно честной с собой, чтобы признать, что Вагги ей было жальче.

От этой мысли снова покатились слезы из ее глаз. Она тихо всхлипнула и начала неаккуратно размазывать их по лицу.

Эта мысль показалась ей такой страшной…

Разве она не хотела спасти всех?.. Почему ее мысли звучат так, как будто она избалованная маленькая девочка, которая ждет, что каждый ее каприз будет исполнен?..

Они столько сил потратили в прошлый раз, когда Адам напал на отель… Сколько страшных моментов она пережила?.. Сколько времени проплакала в комнате, пока не узнала, что Сэр Пентиус все же жив?.. Почему это зло должно было вернуться и снова забрать то, что ей было дорого?.. И она не чувствовала себя способной защитить или хотя бы поддержать…

— Я должна справиться… — пробормотала она. — Возможно, связаться с Сэрой…

Хотя это была плохая идея. Как только тьма восставала, ангелы предпочитали закрываться. А если они узнают, кто именно в этот раз держит тьму, то все резко станет гораздо хуже. Это понимала даже она. Нужно было справляться своими силами.

Нужно было сосредоточиться на чем-то малом… Какао. Ниффти обещала ей какао.

Чарли открыла глаза, чтобы позвать девушку, но увидела, что на столике перед ней уже стояла кружка. Она даже не услышала…

Керамические бока уже были холодными, а значит, она просидела в собственных мыслях какое-то время. Заставив себя отвлечься, она отпила какао. Оно было почти комнатной температуры, а сахара явно пересыпали. Но все равно это было вкусное какао…

Вот только Вагги делала лучше.

Она еле сдержала очередной всхлип, когда услышала тихую ругань и шаги где-то за спиной. Наскоро вытерев слезы, она обернулась и увидела Аластора и Вокса, пробиравшихся к ней через остатки завала.

— Вот ты где, принцесса, — Вокс неловко помахал ей рукой, подходя ближе. — Выглядишь не очень, — он аккуратно стер когтем очередную слезу и ласково улыбнулся ей.

Чарли громко шмыгнула носом и, еще раз обтеревшись рукавом, попыталась улыбнуться в ответ:

— Уговорили Кармиллу?..

Вокс сделал сложное лицо:

— Скорее да, чем нет. У нее нет стали или готового оружия. Копье не нашлось?

Она отрицательно покачала головой в ответ.

— Ну ладно, — не растерялся он. — У нас еще есть время что-нибудь придумать.

— Не нужно ничего придумывать, — раздался холодный голос Аластора за его спиной. Он стоял, широко расставив ноги и расправив плечи, опираясь на свой микрофон и клыкасто улыбаясь. — Мое предложение все еще в силе, Чарли. Забери у Вокса слово и отдай мне. С ангельской сталью или без, я разберусь с тьмой. У тебя было достаточно времени, чтобы подумать.

Чарли вздрогнула, услышав его слова. Почему сейчас?..

— Что?.. Ал?.. — удивленно переспросил Вокс. Она увидела, как его глаза расширились в неверии, но Аластор только шире растянул улыбку. В сердце неприятно кольнуло. — Чарли?.. — Теперь он перевел взгляд на нее. О… нет-нет-нет, Аластор ведь не попытается… — Что происходит?..

— Все просто, мой дорогой друг, — снисходительно ответил Аластор, вытянув подбородок, чтобы казаться чуть выше. — Ты слаб и недостоин звания «сильнейшего грешника». Поэтому я попросил нашу дорогую Чарли забрать свое слово и передать его мне. Я лучше подхожу на эту роль, не говоря уже о том, что я с удовольствием отомщу этому ублюдку за прошлое поражение.

— Все было не так! — Воскликнула Чарли, с ужасом глядя, как во взгляде Вокса сквозит разочарование. Зачем Ал так поступает с ними?! — Ты отказался мне помочь, я рассказала Аластору и он предложил!.. Я ни на что не соглашалась!

— А стоило бы, — заметил Аластор, довольно скалясь. — От «сильнейшего» у твоего грешника только название.

Вокс попытался влезть, но Чарли резко поднялась с дивана. Ей абсолютно не нравилось то, куда шел этот разговор. Тонкая ниточка, связывавшая их с Воксом, словно натянулась, готовая порваться.

— Перестань так говорить, Аластор. Вокс же твой друг! И тем более именно он вытащил тебя из тьмы в прошлый раз!

Аластор весело рассмеялся, как будто услышал смешную шутку:

— Ох, дорогая Чарли. Ты не можешь судить окружающих по их прошлым заслугам. Видела бы ты, как он унижался перед Кармиллой, чтобы получить хоть сантиметр ангельской стали, — он стер несуществующую слезу со своей щеки.

Чарли обернулась на Вокса, заливавшегося стыдливым румянцем. Он что?.. Он так легко ушел от темы встречи с Кармиллой до этого…

— Я просто сказал то, что она хотела услышать! — Вспыхнул Вокс, потрескивая молниями.

— Ты должна была слышать, как это жалко прозвучало, Чарли! — Проигнорировал его Аластор. — Он собрался продать ей душу! — По спине Чарли поползли мурашки, но Аластор продолжал заходиться истерическим смехом. — Такая большая жертва! Но знаешь, в чем проблема?.. Даже если бы у него было оружие, он все равно бы проиграл!

— Перестань! — Рявкнула она, вставая между ними. Адское пламя на мгновение вспыхнуло за ее спиной, обозначая границу. — Ты себя слышишь?!

— Себя прекрасно, — фыркнул он, совершенно не впечатленный. — А ты чего молчишь, Винсент? Рейтинги-то на нуле после того, как Адам повозил тебя по асфальту! —Чарли обернулась на Вокса и увидела, что тот отвел глаза, держа себя рукой за локоть. — Чарли! — Аластор дернул ее за рукав, снова заставляя смотреть на себя и нависая над ней. Его рога начали медленно увеличиваться в размерах. — Твой «сильнейший грешник» не подходит на эту роль, потому что сама суть его силы противоречит этому! Он зависим от одобрения других! И его же собственная система предала его — один снял на телефон, и видео разнеслось по всему кругу Гордыни!

Он продолжил хохотать. Чарли почувствовала, что внутри что-то оборвалось. Вокс стоял на два шага позади нее и не защищал себя. Ему же должно было что ответить…

— Вокс?.. — Осторожно позвала она.

— А самое смешное то, что единственная, кто могла бы исправить эту ситуацию, это Вельвет! Напомнить тебе, где она сейчас?

Он успел отскочить на шаг, когда молния врезалась ровно в то место, где он только что стоял. Аластор выпустил свои темные щупальца, заставляя Вокса уворачиваться. Экран того был полностью черным, горел только глаз, которым он мог гипнотизировать. С антенн лились молнии мощным потоком, отскакивая от его плеч и экрана и сыпясь на пол.

— Заткни свою пасть, Аластор, — утробный голос Вокса прерывали сильные помехи. — Не тебе говорить про Вельвет.

Аластор шире улыбнулся, и они снова сцепились, перехватывая удары друг друга. Под ногами боролись тени и провода, и происходящее было слишком серьезным для дружеской драки.

Тело Вокса перестало быть осязаемым, превратившись в один сгусток жужжающего электричества.

— Прекратите! — Крикнула Чарли, но ее голос утонул в шуме драки. Для Вокса и Аластора перестал существовать внешний мир, и их внимание замкнулось друг на друге.

Чарли с ужасом смотрела на то, как они вцеплялись когтями друг в друга, разрывая одежду и оставляя кровоточащие раны. Аластор безумно смеялся, обрывая провода Вокса, а тот раз за разом бил его электричеством, заставляя отступать.

В какой-то момент он оступился, и тени Аластора тут же спеленали его, заставив упасть на колени. Искры от молний беспомощно прокатились по плечам и пропали.

— Ну вот и все, Винсент, моя взяла, — усмехнулся Аластор. — Ты как всегда надеешься на окружающих, а сам остаешься жалким и бесполезным.

— Заткнись… — еле слышно прошептал тот, все еще пытаясь выбраться из своих пут и мелко подрагивая.

— Ну так заткни меня, — Аластор наклонился к его лицу, приподнимая за нижнюю кромку экрана микрофоном. — Ты строишь из себя сильного демона, но твое место у моих ног, — прошипел он, с ненавистью глядя в глаза напротив. — Сильнейший грешник?.. Не смеши меня! Даже слово Чарли ты получил не благодаря своим заслугам, а потому что мне было так удобно!

Он схватил Вокса за антеннки, дергая на себя, и хотел еще что-то сказать, но в этот момент прозвучал выстрел, и Аластор резко отпрыгнул назад. Его тени тут же растаяли, и Вокс неловко упал на пол.

Чарли, все это время стоявшая в оцепенении, обернулась и увидела у входа Валентино, державшего Аластора на мушке, и отца с копьем Вагги в руках.

— Ни шага к нему, или следующая пуля прилетит тебе в голову, — угрожающе прошипел Валентино.

Аластор фыркнул:

— Смотри, твоя ручная моль снова тебя спасла, неудачник! — Ему пришлось снова отпрыгнуть, потому что Валентино еще раз выстрелил, и пуля пролетела буквально в миллиметрах от носа Аластора.

— Заткнись.

Но тот снова разразился приступом злорадного смеха и, найдя глазами Чарли, сказал:

— Довольна, Чарли? Твой выбор не может больше сражаться. Он слаб! Отдай слово мне.

— Хватит, — ответила она, полыхнув глазами. Медленно она пересекла расстояние до них и снова встала между Аластором и Воксом, закрывая собой последнего. — Я разочарована в тебе. Я… Я считала вас друзьями, — она на секунду обернулась назад и увидела, что Валентино уже подошел к своему любовнику, чтобы проверить его состояние. Она могла сосредоточиться на Аласторе. — Я прекрасно понимаю твою жажду мести, но не ценой окружающих. Я не отдам тебе слово.

— И проиграешь, дорогая, — Аластор вернул себе привычный облик и шутливо смахнул пылинку с разорванного отворота сюртука. — У тебя есть шанс отдать мне слово и спасти этим всех. Его рейтинги на нуле, и ему не хватает сил даже справиться с обычным грешником вроде меня, не говоря уже о «первозданной тьме», — последние слова он произнес излишне театрально.

— Мне плевать, что там с его рейтингами, — тихо отозвалась Чарли. — Одной моей веры хватит.

— Ну тогда я обрушу то, что осталось от его рейтингов, с помощью радио, — рассмеялся Аластор. — Боюсь, в этом случае даже твоей веры будет недостаточно.

— Ха, — хмыкнула она, задрав нос. — Еще у меня есть вот это! — Она продемонстрировала телефон. Аластор не понял, что происходит, и она победно улыбнулась, глядя ему в глаза. Блефовать она уже неплохо умела. — Не вешать нос, мальчики! Хоть Вельвет и нет с нами сейчас, мы сможем управлять общественным мнением с ее телефона! — Она обернулась на Вокса, и ее сердце сжалось. С правого глаза безостановочно текла слеза, в левом было мало сознания… Валентино осторожно прижимал его боком к себе, что-то шепча. Им было не до них с Аластором, и теперь она уже сама не была уверена в своих словах… — Вы ведь знаете от него пароль?.. — почти жалобно спросила она.

Валентино поднял глаза и, тут же достав пистолет, снова выстрелил рядом с рукой Чарли. Та взвизгнула и зажмурилась, только затем услышав тихий шелест отпрянувшей тени.

— Отдай сюда, принцесса, — потребовал Валентино, протянув к ней руку. Чарли послушно передала ему телефон и снова обернулась на Аластора, но того и след простыл. — Сука, — зло выплюнул Валентино, глядя на то место, где до этого стоял радиодемон. Затем он перевел взгляд на Вокса и осторожно повернул его лицо к себе. — Вокси?.. Все закончилось, я рядом, — ласково позвал он, стирая слезу с его щеки.

Чарли осторожно опустилась на колени рядом, не смея ему мешать. Вокс выглядел отвратительно — его костюм был разодран, бабочка свисала на паре ниток, ткань выглядела черной от крови. Валентино пытался пальцем стереть слезу, но она тут же начинала снова течь, как только давление на щеку исчезало. Экран был тусклым, как будто тумблер яркости выкрутили на минимум. Ей так хотелось обнять его и сказать что-нибудь утешающее, но она боялась сделать хуже, а потому ждала, пока Валентино сможет вернуть Вокса в чувства.

— Милый, посмотри на меня, — ласково позвал Валентино, тихо стрекоча крыльями. — Забудь все, что он тебе сказал. Он всегда говорит только то, что обязательно сделает тебе больно. И ты не обязан соответствовать его ожиданиям… Давай, проговори это со мной?..

Взгляд Вокса наконец-то сфокусировался на нем, и он потянулся рукой к Валентино. Тот перехватил его и переплел пальцы, наклонившись вперед и прижавшись лбом ко лбу. Трепетавшие крылья обернули их в кокон, отрезав от Чарли и внешнего мира.

Это было так… Интимно и чувственно, что у нее на секунду перехватило дыхание. Как бы она не относилась к Валентино, похоже, он действительно был самым важным существом для Вокса…

Она слабо улыбнулась, чувствуя, как напряжение начало отпускать ее. Услышав тихие шаги, она обернулась на отца. Тот подошел ближе и положил перед ней копье Вагги.

— Прости, дорогая, боюсь, у меня появилась пара дел, — улыбнулся он, наклонившись, чтобы поцеловать ее в лоб. — Ты справишься? — Чарли с улыбкой кивнула. — Вот и чудненько. Правильно ты сказала — твоя вера сильнее, чем вера всех грешников в аду.

И он растворился во всполохах огня, оставив их втроем.

***

Валентино как знал, что стоило поторопиться. Две стороны медали, свет и тень, инь и ян, мать их за ногу…

Он крепче обнял Вокса, находившегося в процессе исправления ошибок системы. Лица на экране было не видно — только шкала с процентами и крутящийся кружок загрузки.

Он думал, что этих идиотов можно оставить вдвоем без последствий, но вот он снова вынужден собирать Вокса по частям. Который это раз?.. Будь у него возможность, он пристрелил бы радиодемона раз и навсегда. Даже если после этого Вокс возненавидит его лично.

В одном Аластор был прав — кто-то снял на видео момент, когда тьма ловко расправлялась с «сильнейшим грешником», и рейтинг Вокса действительно сильно упал. Удивительно, что в таком состоянии он вообще на ногах стоял, а не ушел в состояние гибернации, как уже случалось раньше.

Принцесса все еще была рядом, и он слышал, что она сидела неподалеку и терпеливо ждала своего «рыцаря». Как бы он ни хотел, чтобы она забрала у Вокса свое слово и перестала присутствовать в их жизни, сейчас нужно было вернуть Вокса в строй и спасти Вельвет.

Экран мигнул и погас, уходя в перезагрузку. Еще через полминуты на него смотрели его любимые глаза. В них не было хитрого прищура, только беспокойство и неуверенность. Вал не любил, когда его возлюбленному было плохо, поэтому он мягко погладил его по кромке экрана и тихо спросил:

— Чуть лучше?..

— Да, — еле слышно ответил тот, прикрыв глаза на ласку. — Спасибо.

— Я нашел копье, — он решил не поднимать тему Аластора, чтобы не сделать еще больнее. — Думаю, принцесса позволит им воспользоваться, если Кармилла ничего не дала.

— Вообще-то дала, — хмыкнул Вокс и, порывшись в карманах, достал небольшую коробку. Вал взял ее свободной рукой и, открыв, обнаружил 7 патронов внутри. Как символично… — Это не чистая ангельская сталь, а сплав. Сейчас у нее больше ничего нет. Я подумал, что ты мог бы помочь мне. Ты прекрасный снайпер.

Вал ласково улыбнулся и, убрав коробку в свой карман, наклонился к нему за поцелуем:

— Я прикрою тебя.

Он чувствовал, что Вокс чуть заметно подрагивает. Ему нужно было отдохнуть хоть немного. Пора было брать командование в свои руки.

— Сейчас я вызову лимузин, — тихо сказал Валентино, снова привлекая к себе внимание. — И мы все втроем поедем в Вокстек. Ты идешь лежать в своей комнате, а я делаю все, чтобы вернуть тебе хотя бы часть рейтинга. Договорились?..

Вокс тихо фыркнул.

— Папочка все уладит?

— Папочка все уладит, — подтвердил Вал. — Готов?.. Я раскрою крылья, и там рядом сидит принцесса со своим словесным поносом. Ты ее выдержишь?

— Постараюсь, — хмыкнул он. — Хорош сильнейший грешник…

— Самый лучший, — улыбнулся он в ответ. — И это не только мое мнение. Готов?.. Раз, — начал мягко считать Вал, внимательно глядя на его выражение лица. Удостоверившись, что тот действительно готов к встрече с внешним миром, продолжил: — Два, три…

Он сложил крылья за спиной. Вокс обернулся на Чарли, которая тут же подорвалась к ним. Она выглядела напуганной. Не решившись прикоснуться к Воксу, она остановилась буквально в паре шагов.

— Вокс?.. — тихо позвала она. — Ты как?..

— Бывало и лучше, — спокойно улыбнулся он. Как будто ему было не больно… — Все нормально, принцесса. Твое слово все еще со мной?..

— Я и не собиралась его отдавать, — тут же затараторила она. — Это все одно большое недоразумение!

Он поднял руку, останавливая ее поток слов.

— Я понял. Спасибо.

Вал тихо фыркнул, набирая сообщение их водителю. Ему не хотелось слушать этот разговор. Больше всего ему хотелось перескочить через все эти события, забрать в охапку Вел и Вокса, отнести на вершину их башни в гостиную и сложить огромное гнездо из одеял и подушек, чтобы валяться в нем и смотреть идиотские комедии, документалки про акул, модные шоу и все остальное, что там его семья захочет смотреть. Но чтобы вернуть это спокойствие их дней ему нужно было взять себя в руки сейчас и поддержать Вокса. Даже если придется сотрудничать с этой глупой принцессой.

— Значит так, — прервал он их разговор, получив ответное сообщение от водителя. — Сейчас мы втроем едем в Вокстек. Вокс идет отлеживаться, потому что он на ногах не стоит. Ты, принцесса, идешь со мной, — она открыла было рот, чтобы прокомментировать или отказаться, но он не дал ей. — Давай так. Я тебя ненавижу, и ты меня тоже. Но я люблю Вокса, и ты тоже. А еще я люблю Вельвет, а ты свою экзорцистку. Поэтому сейчас мы отбрасываем наши различия и работаем вместе. Идет? — Он протянул ей руку, не особо уверенный, что она захочет пожать ее. В конце концов, он тоже не хотел с ней сотрудничать. Но ее присутствие могло помочь… Маленькие тонкие пальцы аккуратно пожали его, и, подняв голову, Вал увидел застенчивую улыбку принцессы.

— Идет.

Дорога до Вокстека не заняла и десяти минут. Как только они оказались в холле, Вокс исчез в ближайшей камере, оставив их наедине.

— И что я должна делать?.. — Спросила его принцесса, глупо прижимая к себе копье.

Вал недовольно фыркнул.

— Молчать и внимать, — он пощелкал пальцами, и из ниоткуда тут же прискакало несколько грешников из пиар-отдела.

— Господин Валентино! Господин Валентино! — Затараторили они.

— Код семь, — спокойно ответил он и пошел вперед, не обращая внимания на испуганные перешептывания. Принцесса смешно засеменила за ним.

— А что такое код семь?.. — Спросила она.

— Какая часть «молчать и внимать» тебе не ясна? — Надменно ответил он, проходя через турникет и направляясь к лифту. Чарли остановилась рядом с ним и шутливо отдала честь, неловко улыбаясь. Валентино улыбнулся уголком рта в ответ, но она, похоже, все же заметила.

Цифра семь была не просто так запрещена для использования в Вокстек — она обозначала чрезвычайную ситуацию, когда две трети Ви были выведены из игры, и всем грешникам требовалось сплотиться вокруг оставшегося босса.

Дверь в конференц-зал он открыл с ноги, с удовольствием отмечая, что основные грешники на высоких позициях уже ждали его. Не хватало только троих ассистентов, но у них сейчас были дела поважнее.

— Господа, — он властно махнул на свободный стул Чарли. — Записывайте.

Сам Валентино опустился в кресло в центре и закинул ногу на ногу.

— Нам нужно срочно поднять рейтинги Вокса. Включайте свою машину пропаганды на полную катушку. Вспоминайте все хорошие дела, которые он успел насовершать за последние три года.

— Нужно ли упоминать нападение на мир ангелов? — Прервала его грешница из отдела прессы.

Валентино смерил ее уничижительным взглядом, заставив вжать голову в плечи.

— Молчать, когда я говорю, — опасно прошипел он. Все вокруг закивали, как китайские болванчики.

Вал нервничал. В конце концов в последний раз, когда он это делал, за его спиной сидела Вельвет и аккуратно дирижировала процессом. Чтобы успокоиться, он достал из кармана сигарету и сунул ее в мундштук. Пауза начала затягиваться, так что он бросил это дело на полпути, и снова заговорил:

— Достать все, что делает Вокса в глазах грешников практически святым. И как можно быстрее, мы не знаем, сколько у нас осталось времени. Запомните: каждая пустая головешка на каждом круге Ада должна сродниться с мыслью, что Вокс — новый Мессия при поддержке Ее Высочества, — он махнул мундштуком в сторону Чарли. — И только у него достаточно сил для того, чтобы отогнать от нас первозданную тьму и дать возможность искупления. Ну или еще какую-нибудь ерунду, — буркнул он, взмахнув рукой.

За столом завозились: кто-то бросился срочно печатать на своих планшетах и телефонах, кто-то строчил в блокнотах. Валентино нашел глазами любимую ведущую Вокса и хищно улыбнулся:

— Кэти, ты ответственная за этот балаган. Если к моменту появления тьмы рейтинги Вокса не будут пробивать потолок, я лично сниму тебя с новостей и…

— Отправите в свой отдел? — Поправила волосы та, томно улыбаясь. Как же она его бесила…

— Нахер ты мне сдалась? — Приподнял бровь он. — Вылетишь из Вокстека без выходного пособия, и прошлые заслуги не помогут. Это ясно?

Он с удовольствием наблюдал, как та тут же подобралась и глупо закивала.

— Второе, — властно сказал он, немного нервно вертя мундштук в пальцах. — Ты должна подготовить публику к интервью с принцессой, — он кивнул на Чарли. — В этот раз в положительных тонах, потому что Ее Высочество тоже будет очень искренне рассказывать о том, какой Вокс хороший и лично ей любимый грешник, — он бросил на Чарли взгляд и, удостоверившись, что та осторожно кивнула, вернулся к остальным. — Публика должна быть готова к ее выступлению.

— Есть, сэр! — Раздался дружный строй голосов.

— Я сказал молчать и внимать, — рявкнул он, сжимая мундштук. Как же хотелось затянуться… — У нас остался телефон Вельвет, а значит, мы можем направлять общественное мнение, — он посмотрел на пару грешниц из ее отдела. — Справитесь?

Те закивали, боясь издать хотя бы звук. Валентино разблокировал телефон и вокстаграм, после чего передал телефон девушкам.

— Это не все, — продолжил он, заметив, что грешники засобирались. — Следить за радио. Если оттуда польется поток говна на Вокса, пресекать сразу нахуй. Блокируйте как хотите, хоть аппаратурно, хоть идите в атаку на это сраное здание, — одно упоминание Аластора заставило его вспыхнуть от ярости. — И зажгите мне сигарету наконец! — Все тут же снова завозились, в этот раз ища по карманам зажигалки, и через мгновение несколько огоньков уже оказались у его мундштука. Наконец с удовольствием затянувшись, Валентино закинул ногу на ногу и, еще раз оглядев присутствующих, рявкнул: — Чего сидим?! Исполнять!

— Есть, сэр! — Раздался нестройный хор голосов, и уже через минуту в конференц-зале остались только они с Чарли.

— … Тебе не кажется, — осторожно заметила она. — Что снова назначать Вокса Мессией несколько… Опасно?..

Валентино обернулся на нее и смерил долгим пронзительным взглядом:

— Мне казалось, ты собиралась верить в него до конца. Знаешь, что для него значит рейтинг, близкий к нулю?.. Он в таком состоянии впадает в спячку. Но сегодня он вел переговоры с Кармиллой, дрался с Аластором и даже сам телепортировался в спальню, а не я его на руках понес. Твоя вера действительно сильнее веры обычных грешников. Но если ты сейчас бросишь его, то мы все проиграем.

Чарли поджала губы и сильнее вцепилась в копье:

— Я не брошу.

— Вот и чудненько, — со вздохом ответил он и глубоко затянулся.

Chapter Text

V.

МИТ

— Все, ребята, я больше не могу, — выдохнул Итан и отошел к уступу, чтобы устало сесть на него. — Давайте признаем уже, что мы просто зря проплавали в грязной воде сколько там часов?.. Такое чувство, что этот грязесток уже идет у меня по венам…

Тревис молча посмотрел на Мелиссу, готовый поддержать ее точку зрения. Но та с тяжелым вздохом опустилась рядом с Итаном, не говоря ни слова.

Она тоже ощущала толстый слой грязи на одежде и коже, в волосах и под ногтями. Ее собственные героические начинания смылись вместе с нескончаемым потоком канализации. Как она вообще могла подумать, что найдет что-то здесь?.. Еще и мальчишек втянула… Итан вон как не хотел участвовать.

— Жрать охота, — вздохнул Тревис, устраиваясь рядом с ними.

— Знаете, что самое отвратительное?.. — Спросил Итан в пустоту. — Если бы мы нашли коготь, он сказал бы «молодцы» и на этом все закончилось бы. Все наши многочасовые поиски обесценились бы одним этим словом. И мне нихуя не было бы радостно его услышать. А если мы вернемся с пустыми руками, так никто даже и носа не повернет, как будто это в порядке вещей.

— Простите… Это все из-за меня… — понурившись, пробормотала Мелисса. — Я не должна была тащить ее в отель…

— Лисс, ты тупая? — Она вздрогнула, услышав это от Итана. Он смотрел на нее с выражением усталой обреченности. — Вся наша жизнь — случайность. Где гарантия, что не случилось бы другой хуйни?

Она только пожала плечами в ответ.

— Давайте выбираться, — вздохнул Тревис. — И по бургеру. Как думаете, в какой части города мы сейчас тусим?..

— Только бы не у каннибалов… — простонал Итан, запрокинув голову.

— Так тебе-то чего? Они ж рыбу не жрут, — хохотнул Тревис, хлопая его по плечу.

Мелисса отвлеклась от их разговора, потому что ей на мгновение показалось, что она услышала писк вдалеке.

— Ребят?.. — Тихо позвала она. — Как думаете, здесь водятся крысы?..

— Ага, огромные адские крысы, — передернул плечами Итан. — Как у нас в подвале, где почту разбирают.

— Не гони, — отмахнулся Тревис. — Если до сих пор не встретили, то и нет их тут.

— Но я слышу писк…

Теперь уже все трое прислушивались. Писк резко стал ближе, и Итан с Мелиссой взвились с места, повиснув на Тревисе.

— Блять, ребят, я тоже боюсь! — Взвыл он, подхватив обоих: Мелиссу под мышку, Итана закинув на плечо. — Давайте драпать!

Он буквально потащил их прочь, но Итан вдруг больно стукнул его по затылку локтем:

— Стой, придурок, это что-то другое!

Они затормозили и начали вглядываться в тусклый туннель. Из-за поворота по другой стороне уступа к ним завернули несколько мелких черно-белых существ, которые довольно попискивали и кучковались друг рядом с другом.

— Что это такое?.. — Удивленно спросила Мелисса, никогда не видевшая подобных… демонов?

— Блять, это миньоны того-кого-нельзя-называть, — фыркнул Итан.

— Волдеморта, что ли?.. — Недоуменно переспросила она. Итан сделал кислое лицо, после которого обычно шел комментарий об умственных способностях собеседника. Мелисса смущенно пожала плечами.

— Радиодемона, — фыркнул Тревис, щурясь и присматриваясь к мелким демонам по ту сторону говно-реки. — Ребят, у них походу коготь. Смотрите, в середине!

И действительно, миньоны несли над собой маленького демона, который держал в ручонках коготь. Тот самый коготь из ангельской стали.

— Лови их! — Завизжала Мелисса и, сдернув с ноги балетку, метко запустила ее в толпу на той стороне туннеля, после чего сиганула в воду и поплыла поперек течения.

— Смотри-ка, — хмыкнул Тревис, когда балетка попала ровно в миньона с когтем и посеяла панику в рядах врага. — Давай, у нас еще есть шанс спасти день!

— За Вокстек! — Крикнул Итан и неловко плюхнулся в воду. — Блять, у меня кажется очки утонули… — проплевавшись, простонал он.

— Бедося… — Закатил глаза Тревис, тоже спрыгнувший вниз. Они с Итаном катастрофически не успевали на разборки, но Мелисса уже добралась до другого края говно-реки и, ловко подтянувшись, выскочила из воды. — Лисса, эти твари кусаются! — Крикнул он. — Топчи их!

И действительно, стоило с силой наступить на миньона, как он превращался в пыль. Мелисса подхватила свою балетку и, наскоро натянув ее на ногу, принялась давить одного за другим, так увлекшись процессом, что не заметила, как один из миньонов подхватил коготь и потащил, быстро семеня ножками, прочь.

— Лисса! — Заорал Тревис, успевший пробежать примерно половину пути до уступа. — Тварь убегает!!!

Та отвлеклась от своей чечетки с демонами и, сдув челку со лба, начала искать глазами нужного миньона.

— Вон он! — Тревис вытащил из кармана магнит и запустил им в беглеца. Магнит пролетел немного мимо, но его силы хватило, чтобы потянуть коготь вместе с миньоном на себя. Стукнувшись о стену, магнит накрепко прижал к себе коготь, не позволяя его отодрать. — Ха-ха! Говорил же, возьмет эту дрянь!

Мелисса, отпихивая миньонов, начавших цепляться за ее ноги, побежала к когтю. Демоненок в свою очередь бросил тщетные попытки избавиться от утяжелителя и подхватил коготь вместе с ним. Прибавившегося веса было достаточно, чтобы замедлить беднягу, так что Мелисса, задыхаясь от прилившего адреналина, ногой подцепила коготь и дернула вверх, выдирая его из ручек демона. Ликование от удачи заполнило ее, так что она одним ловким движением спихнула миньона в воду, а сама подхватила коготь и, задрав его над головой, издала победный клич, эхом отозвавшийся от стен туннеля.

Тревис наконец добрался до уступа и теперь усиленно топтал миньонов, не давая им добежать до ликующей, а потому забывшей об осторожности Мелиссы. Рядом послышалась недовольная ругань Итана, который, подслеповато щурясь, взобрался на уступ, сжимая в руках кусающего его миньона, и с удовольствием кинул его Тревису под ноги.

Еще пара минут, и все было кончено. Они стояли все втроем, переглядываясь друг с другом и до сих пор не веря в собственную победу.

— Мы сделали это?.. — Неверяще спросил Итан. Мелисса глупо закивала и передала ему коготь.

— Ты главный, тебе и докладывать, — сказала она, пряча грусть за улыбкой.

Итан достал из кармана грязный платок и осторожно завернул в него оружие.

— Нахуй все, — сказал он. — Давайте вылезем сначала.

Им пришлось пройти какое-то время до ближайшего выхода, и к тому моменту никто уже не понимал, в какой части канализации они могли находиться. Оказавшись наружи, они огляделись, и Тревис грязно выругался.

— Мы практически на трассе, — буркнул он. — Каковы шансы проехаться автостопом?..

— Нулевые, — отозвался Итан, поднося свой телефон совсем близко к лицу и что-то читая в нем. — Даже если кто-то и остановится, нашего амбре будет достаточно для отпугивания.

— Вон заправка, — Мелисса указала в сторону видневшегося вдали знака. — Там должны быть туалет и еда.

— И туда проще вызвать нашу машину, — вздохнул Итан. — Идем.

Они все слишком устали, чтобы вдаваться в детали, так что просто побрели по обочине в сторону предполагаемого отдыха. Им повезло — заправка действительно оказалась достаточно большой, представляя собой неплохой придорожный комплекс, в котором были магазин и средней паршивости забегаловка.

— Парни, тут есть душ! — Обрадовалась Мелисса, тыча пальцем в указатель «10 минут 1 адский бакс».

— Аллилуйя, — отозвался Тревис. — Предлагаю сначала в магаз зайти, у нас даже полотенец нет.

Они подхватили Итана, все еще печатавшего сообщение их водителю, и потащили внутрь. Магазинчик был не очень большим, но в нем нашлась полка для путешественников со всем необходимым. Покидав в корзину зубные щетки, полотенца и прочие мыльно-рыльные принадлежности, Тревис остановился у одежды. Ассортимент состоял в основном из нижнего белья, но выбирать не приходилось, а потому он подцепил набор из трех мужских трусов и обернулся на друзей.

— Мне черненькие, — тут же отозвалась Мелисса и достала с соседней полки три однотонные футболки и пачку носков. — Ну что, парни, живем. Еще б обувь со штанами, но в целом… Итан, идешь?..

— Сейчас, — отмахнулся тот. Похоже, печатание практически вслепую давалось ему совсем плохо, но никто так и не предложил помочь. Вместо это переглянувшись, Тревис с Мелиссой пошли на кассу.

— Ты уверена, что они с тебя не упадут? — Хмыкнул он, кивая на трусы.

— Вот и проверим, — пожала плечами та. — Если что, возьму твои подтяжки.

Они водрузили корзину на кассу под хмурящийся взгляд молодого кассира-беса, которому явно не нравился их запах. Тем не менее он не стал комментировать, молча пробивая покупки.

— Пакет нужен? — Буркнул он, закончив с подсчетом. — Оплата картой, наличными?

Тревис и Мелисса переглянулись.

— Я без налички, а телефон утопил, — устало заметил он.

— У меня батарейка села, — отозвалась Мелисса, телефон которой они использовали до последнего процента заряда, подсвечивая себе путь. — И я тоже без кошелька…

— Конечно, королева ж за тебя платит, — хохотнул тот, ища взглядом Итана между стеллажей. Так и не увидев его, Тревис залихватски свистнул. — Э! Итан! Дуй сюда!

— Чего вам? — Тот вынырнул из ниоткуда и тоже подошел к кассе. — Пиздец, котята, у меня телефон вырубился ровно после того, как я отправил сообщение. Надеюсь, этот идиот приедет.

Тревис с Мелиссой несчастно переглянулись.

— Чего тут у вас? — Буркнул Итан, оглядывая покупки. — Проблемы?

— Как платить будете? — Бес уже совсем напрягся и принялся сгребать товары подальше от нерадивых покупателей.

— На счет Господина Вокса запишите, — отмахнулся Итан, состроив презрительную мину.

— Карта или наличные? — Прорычал несчастный кассир, скидывая упаковки за свою сторону кассы, чтобы их точно не отобрали и не убежали.

— Послушай… — Итан облокотился на стойку и это было бы даже сексуально, если бы не его плачевный вид и подслеповатый прищур. — Я — личный ассистент Господина Вокса, главы корпорации Вокстек. Вон, у тебя там камеры как раз наши висят.

— Ага, а я Папа Римский, — подбоченился тот. — Платите или уебывайте.

— Парень, дай телефон зарядить, и я тебе випеем оплачу, — Мелисса ткнула пальцем в сторону розетки, находившейся за спиной кассира.

— А вы, дамочка, не тыкайте своими пальчиками! Я сейчас охрану позову! — Бес стал совсем недоговороспособен, но Мелисса так устала от этого длинного дня.

Она слышала, что Итан и Тревис тихо переругивались на фоне, но не могла разобрать слов. За сегодня она потеряла свою возлюбленную, получила смертельные угрозы от второго босса, хрен знает сколько времени искала по канализации оружие, которое должно было как-то исправить ситуацию… И что? Из-за того, что ни у одного из них нет кошельков, а телефоны сели или потерялись где-то в вонючем водостоке, она будет вынуждена еще пару часов быть грязной и несчастной?..

— Слушай, парень, — тяжело вздохнула она. — Дай мне зарядить телефон, и я оплачу. Ну серьезно. Или предложи другой способ оплаты.

Бес все еще хмурился, но руку с тревожной кнопки убрал. Он снова оглядел Мелиссу с ног до головы очень неприятным оценивающим взглядом, а затем сказал:

— Покажи сиськи.

— ЧТОА?! — Раздался двойной рев Тревиса и Итана. — А хуем перед лицом не помахать?!

Мелисса приподняла бровь, словно спрашивая, серьезно ли тот. Бес плотоядно улыбнулся, заставив ее внутренне вздрогнуть. Именно поэтому она не любила мужчин… Но если между чистым телом и мимолетным унижением придется выбирать, то у нее не было сомнений.

— Тогда добавь зарядку для телефона и мелочь на душ для троих, — холодно сказала она, глядя прямо в засветившиеся от предвкушения глаза беса.

— ЛИССА?!

Но она отмахнулась, продолжая играть в гляделки. Тот немного заторможенно кивнул и, перегнувшись через прилавок, достал нужную зарядку, закинул ее в корзину с покупками и досыпал туда монет, после чего поставил корзину обратно на кассу, придерживая ее руками на случай, если его все же решат обмануть.

— Не, ну охуеть теперь! Даже я ее сисек не видел! — Возмутился Тревис.

— Ой, заткнись, придурок! — Простонал Итан, закрывая лицо руками. — Какой идиотский день…

Мелисса залезла рукой под свою давно испачкавшуюся и потерявшую первоначальный вид кофточку и, расстегнув бюстгальтер, вытащила его через рукав, после чего с отвращением кинула в сторону беса. Все равно она дважды эту вещь не наденет.

— Лисса, перестань, сейчас что-то другое придума… — Но она не дала договорить Итану, резко дернув вверх края кофточки и демонстрируя себя.

Тревис тут же подскочил к ней сбоку, пытаясь закрыть своей шляпой обе груди, но Мелисса уже вернула кофточку на место и, не дожидаясь комментариев, подхватила корзину с покупками.

— Хватит страдать, пошли мыться, — буркнула она, вместо стыда чувствуя только усталость и грязь под ногтями.

Ей повезло, что бес оказался щедр и отсыпал монет больше, чем на десять минут в душе. С чувством выполненного долга она забрала большую часть, чтобы спокойно плескаться в свое удовольствие. В конце концов она заслужила.

Оставшись наедине с собой, она стянула с себя все грязное, бросив неаккуратной кучей на пол. Придется здесь же и выбросить, и это было обидно — Вельвет нравился ее сегодняшний образ, она мило похвалила ее, бросив свое скупое «недурно для моего фона».

Мелисса и сама не понимала, как вляпалась в собственного босса. Вельвет была высокомерной, скорой на расправу и за словом в карман не лезла. Девочки-модели, мечтавшие блистать на подиуме в ее нарядах, начинали бояться и забиваться в подсобку при появлении Вельвет в первую же неделю работы. Никто не хотел слышать из ее уст свое имя. Она могла раскритиковать даже самую тонкую и миловидную девочку так, что той не помог бы уже никакой психотерапевт.

Мелисса не собиралась становиться моделью. Она была всего лишь обычной грешницей, которой нужны были деньги, чтобы вкусно кушать и красиво одеваться, поэтому вакансия секретаря той-самой-Вельвет и ежемесячный доход с большим количеством нулей заставили ее выключить внутреннюю подозрительность и подать свое резюме (Святые платья Вельвет, во всем аду, наверное, только Вокстек требует резюме от грешников, чьи души собирается забрать в вечное пользование…). Ей повезло, и ее взяли. Она помнила свою первую встречу с Итаном, когда тот оглядел ее с ног до головы достаточно скептичным взглядом и спросил:

— Мотив для трудоустройства?

— Мечтаю оказаться полезной в этой огромной процветающей компании, — соврала, не моргнув глазом, Мелисса, внутренне уже раскидав первую зарплату на свои давно желанные покупки.

— Похвально, — скривился Итан. — Запомни, дорогая… Как тебя?.. — Он заглянул в ее файл. — Мелисса? Так вот, Мелисса, запомни, позиция секретаря Госпожи Вельвет постоянно пустует, потому что еще ни одна грешница не выдержала ее… Строгости, — осторожно подобрал он слово. — Но даже если она загнобит тебя до самоубийства, твоя душа теперь принадлежит Вокстеку, так что после каждого самовыпила будь добра выйти на работу. Если тебя погонят из ее отдела, ты всегда можешь пригодиться в отделах Господина Валентино или Господина Вокса. Если нет, то тебя уберут подальше c глаз разбирать корреспонденцию. Поверь, ты не хочешь работать там.

Мелисса спокойно кивнула, слабо представляя, чем может быть плоха позиция сортировщика кроме низкой зарплаты и монотонной работы.

Вельвет до этого она видела только на рекламных плакатах и считала ее горячей, но пустоголовой штучкой. Лицом, за которым стоят такие воротилы бизнеса, как Вокс и Валентино, бывшие у всех на слуху.

А вообще-то ей стоило насторожиться.

А еще лучше никогда не подавать свое резюме в Вокстек.

Мисс Вельвет действительно оказалась горячей штучкой. Пока остальные девчонки мечтали получить с барского плеча наряды, Мелисса больше думала о том, мягкие ли у нее губы или такие же пластиковые, как и остальное тело. В первую их встречу с Вельвет во время подписания контракта на свою душу Мелисса прослушала все важные моменты, вглядываясь в дьявольски прекрасные глаза напротив.

А потом оказалось, что мисс Вельвет была отвратительным боссом. К ее горячей внешности шел поистине сучий характер.

Приходя в кабинет, она сбрасывала свои сумки и пакеты, а порой и верхнюю одежду прямо на рабочий стол Мелиссы, иногда погребая под вещами ее саму.

Мисс Вельвет не могла запомнить, как ее зовут, и ей везло, если очередная кличка начиналась хотя бы с первой буквы ее имени. В начале она вообще звала Мелиссу исключительно «Эмили» и приходилось откликаться. Если она не отвечала боссу в течение тридцати секунд, то ее ждал ВЗГЛЯД.

О, она слышала о том, что мисс Вельвет никогда не прибегала к физическим наказаниям, в отличие от ее партнеров. Но только теперь она понимала, что ее босс была мастером психологического насилия.

Она даже не запугивала никого и не грозилась убить. Она просто комментировала в жесткой манере каждый жест и взгляд, выбивая из равновесия, а стоило тебе показать слабину и заплакать, как она тут же добивала, заставляя чувствовать себя последним ничтожеством.

И мисс Вельвет невзлюбила ее с первого дня, когда Мелисса по глупости своей во время обеда посадила себе на блузку пятно от карри.

— Карри? — Приподняла тогда бровь мисс Вельвет. Это был ее единственный комментарий ситуации, но ее сморщенный носик и брезгливый взгляд запомнились Мелиссе надолго.

Взгляд мисс Вельвет вообще был опасным, и надо поблагодарить Люцифера за то, что ее силы не включали в себя набор от Медузы Горгоны.

Она могла посмотреть на туфельки Мелиссы и закатить глаза.

Подойти и оглядеть со всех сторон, а затем протереть между пальцами ткань ее юбки и цокнуть языком.

Однажды она с силой выдернула шпильку из волос Мелиссы и, с отвращением оглядев ее, как случайно забежавшего на огонек таракана, выкинула в мусорное ведро.

Что бы ни надела на себя Мелисса, она всегда чувствовала себя глупой дурочкой под этим взглядом. Жаль, что у нее не было права спросить, как исправить свой стиль, а потому приходилось пытаться угадать.

Ни о каком нормированном рабочем дне речи и не шло. Она работала с утра до ночи, носилась по всему Пентаграмм-сити, собирая нужные ткани и фурнитуру, добывая тот-самый-кофе и делая другие идиотские и не очень задания. Иногда ей приходилось вставать моделью, когда мисс Вельвет начинали бесить все остальные. В какой-то момент Мелисса уже научилась предчувствовать звонок от мисс Вельвет, а стандартная мелодия на ее контакте на первых нотах заставляла ее сердце ухать вниз.

А один раз она зашла в кабинет и случайно застала сцену, которую никогда не должна была видеть. Никто из работников Вокстек не имел права видеть подобное. Мисс Вельвет стояла в обнимку с мистером Воксом и… Плакала в его жилетку, размазывая макияж и сопли, пока тот аккуратно придерживал ее за плечи и что-то тихо ворковал непривычно мягким голосом.

Лучше бы они целовались или трахались, честно.

Потому что мисс Вельвет — железная леди, и никто, кроме ее партнеров, не имел права видеть даже намека на то, что она может быть слабой или несчастной.

И они заметили ее. Было бы гораздо проще, если бы мистер Вокс ее на месте убил, но мисс Вельвет только глухо сказала «вон отсюда», зло сверкнув глазами.

А на следующий день превратила жизнь Мелиссы в дополнительный ад.

— Как там тебя, Алиса? — Спросила она на следующее утро и, не дав ей произнести ни одного слова, продолжила. — Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.

Тогда она поняла, что это конец. Задание, которое ей дадут, будет невыполнимым, ее выгонят из отдела мисс Вельвет прямиком в отдел разбора корреспонденции в том самом подвале с крысами, где она будет разбирать любовные письма и угрозы всем трем главам Вокстека до Страшного Суда, а ее неприлично высокая зарплата сократится минимум в десять раз, не позволяя ей более тратить деньги на всякую ерунду.

— Я сделаю для вас все, что угодно, — прошептала она.

Мисс Вельвет смерила ее долгим строгим взглядом, а затем сказала:

— Конечно, сделаешь. Мне нужно, чтобы ты принесла старые письма Вокса, которые остались у одного его друга.

Мелисса молча кивнула, ожидая в чем подвох.

— Этот друг — радиодемон, — спокойно продолжила та. — Письма нужны до конца недели.

Мелисса почувствовала, как ее сердце уходит в пятки. Она, конечно, не знала многих подробностей, но в кулуарах Вокстека самым тихим шепотом обсуждались отношения их главного босса с радиодемоном. А еще тот какое-то время катался привязанным к стулу по всей башне, и ни одному из сотрудников нельзя было даже сделать ему замечание… Хорошо, что в основном он находился в телевизионной части…

И это не говоря о том, что этот самый радиодемон был одним из самых страшных оверлордов в Аду. Она что, должна подойти к нему и сказать: «Здравствуйте, мистер Радиодемон, мне нужны письма вашего старого друга или не очень друга, не могли бы вы их мне отдать, а не то меня уволят?».

— В чем дело? — Приподняла бровь Вельвет. — Кажется, на собеседовании ты говорила, что быстро схватываешь информацию и сделаешь все, что мне будет угодно, так, как мне будет угодно. Так вот, мне угодно получить письма Вокса до конца недели.

Мелисса заторможенно кивнула и направилась к выходу из кабинета.

— Куда это ты собралась? — Остановил ее насмешливый голос мисс Вельвет. — Остальные обязанности никто не отменял.

Это было утро понедельника. И до конца ее в общем-то не самой дерьмовой карьеры оставалось семь дней.

Весь день прошел мимо Мелиссы, ее голова была абсолютно пуста. Она была как робот — автоматически делала все задания, но совершенно не вникала в происходящее.

Понимание настигло ее только тогда, когда она оказалась в одиночестве. Мисс Вельвет до конца дня отправилась варить зелья — и ей нельзя было мешать в этом деле ни в коем случае, а основная работа остальных девушек уже закончилась. Она осталась одна в их с мисс Вельвет кабинете.

Громкий всхлип вырвался из ее горла против воли, и она начала рыдать, не сдерживая более себя. Что в общем-то она такого сделала?.. Ведь кабинет мисс Вельвет был разделен на две части без двери между ними, разве она должна была стучать, чтобы пройти на свое рабочее место?..

Разве она плохо старалась все это время, подскакивая по ее первому зову и безукоризненно выполняя любой каприз?..

И она даже не могла никому пожаловаться!

— Я вхожу! — Услышала она смутно знакомый мужской голос и тихо взвизгнула, поняв, что ее поймают с поличным.

Дверь открылась раньше, чем она успела дотянуться до одноразовых салфеток, и в кабинет вошел Итан с кучей папок.

— У меня есть важные документы для Госпожи… — Начал было он и остановился, увидев отвратительно опухшие глаза Мелиссы и ее потекший макияж. Та открыла рот, чтобы что-то сказать, но только еще больше затряслась и начала ловить воздух, чтобы хоть как-то начать нормально дышать. — Оу… Вау… — Итан осторожно положил папки на свободный стол и повернулся к ней. — Тяжелый день?..

Мелисса разревелась пуще прежнего. Итан оглядел кабинет и осторожно подсел к ней.

— Мелисса? Что случилось?..

— М-меня у-у-у-у-во-о-олят! — Заголосила та срывающимся голосом. — Я только начала справляться, и…

Итан удивленно моргнул, а затем осторожно похлопал ее по плечу.

— Расскажешь?..

— Мне н-нужно… — она икнула, и Итан подал ей коробку с салфетками. Громко высморкавшись, она продолжила. — Мне нужно пойти к радиодемону и забрать у него старые письма м-мистера Вокса, иначе меня уволят…

— Ох ты ж блять… — Выдохнул Итан. — Вот это ты влипла.

— Я зна-а-а-аю! — Прорыдала она. — Что мне де-е-е-е-елать?

Итан снова тихо выругался и запустил пальцы в свою прическу, приводя ее в беспорядок.

— Ну… Ты можешь отказаться сразу и получить перманентное понижение в должности, — задумчиво предложил он. — Но все не так плохо, пара десятков лет, и они забудут о том, чем ты им насолила. И тогда ты сможешь снова потихоньку карабкаться наверх.

Мелисса помотала головой и резко встала со стула.

— А я вот прямо к нему подойду и спрошу! — Топнула ногой она.

— Сдурела?.. Первое правило простого грешника — не переходить дорогу оверлорду, — фыркнул он. — Ты уже одной перешла, теперь второму хочешь?..

— Нет, — буркнула она, плюхаясь обратно в кресло. — Меня устраивает мое место. Я не хочу его терять.

Итан в ответ только развел руками:

— Ну что ж, тогда тебе прямая дорога в отель Хазбин. Он там столуется последние несколько лет. Но проще самоубийство. Мы как самураи — сэппуку смывает наши грехи перед компанией. До следующего проеба.

Она и сама понимала, что вариантов у нее немного. Они посидели вдвоем еще какое-то время, а потом Итана вызвали по каким-то делам, и она снова осталась одна.

Решение пришло к ней уже поздно ночью. Ей нужно прикинуться желающей искупления и попасть внутрь. Каким-то образом найти его комнату, обшарить и достать письма. Отличный план, и она предпочитала не задавать себе вопросы из серии, а если там писем нет и что будет, когда радиодемон ее застанет в своей комнате.

Но Мелисса, видимо, родилась исключительно везучей сучкой, потому что до конца недели она смогла найти и вынести письма из отеля. Иначе как объяснить, что именно в то время радиодемон потерял контроль над собой и слился с тьмой, так что никому не было дела до того, что одна грешница проникла в его комнату и стащила какие-то бумаги.

В отель она продолжила ходить сначала для того, чтобы отвести от себя подозрения в случае чего, а затем и просто втянулась… Но тогда она еще не знала, к чему это может ее привести.

Важно было то, что мисс Вельвет посмотрела на нее другим взглядом, когда поняла, что Мелисса выполнила ее просьбу даже чуточку раньше срока.

А дальше… Ее жизнь начала постепенно меняться. Мисс Вельвет понемногу смягчалась к ней, а Мелисса училась предугадывать ее желания. Ну и, конечно, теперь стучалась перед тем, как подойти к своему рабочему столу.

Она сама и не заметила, как ее бубнеж себе под нос стали слушать и комментировать в ответ. Затем стали брать с собой на обеды. На выходы, не относящиеся напрямую к работе.

В какой-то момент мелодия на звонке от босса перестала пугать ее.

А потом мисс Вельвет стала просто Вельвет.

И оказалось, что за маской сурового босса и оторвы-инфлюенсера из вокстаграма скрывается обычная девочка со своими сильными и слабыми сторонами. Совсем как сама Мелисса.

Вельвет могла быть мягкой и понимающей. Могла говорить не только про тренды и моду.

Мелисса заботилась о ней, снимая необходимость быть во всеоружии двадцать четыре часа в сутки, а для Вельвет она стала особенной. И им действительно было хорошо вместе, и они старались не раскрывать своих отношений окружающим, чтобы не слушать осуждения и сплетни.

У мисс Вельвет, стоявшей на вершине мира, просто не могло быть девушки такой простой, как Мелисса.

Она отжала в очередной раз волосы, жалея о том, что не взяла в магазине расческу. Сейчас она чувствовала себя гораздо чище и счастливее, натеревшись с гелем для душа до скрипа и несколько раз почистив зубы. Из зеркала на нее смотрела какая-то мокрая крыса, и скорее всего Вельвет озвучила бы это, если была бы здесь… Мелисса зажмурилась, запрещая себе думать. Она всего лишь маленький винтик в системе. Она сделала то, что смогла, а дальше «старший брат и папа» мистер Вокс вытащит Вельвет из этой передряги. По-другому просто быть не может. Ви могли ссориться между собой и дуться друг на друга неделями, но они всегда вставали единым фронтом против внешней угрозы и не давали друг друга в обиду. Пусть мистер Вокс ненавидит Мелиссу, она переживет это. Главное, чтобы его злости и упертости хватило противостоять этой тьме.

А она последует совету Итана, и даже если все последующее посмертие ей придется провести на корреспонденции, не видя свою возлюбленную и не попадаясь мистеру Воксу на глаза, она будет счастлива, зная, что Вельвет ничего не угрожает, кроме ее собственного эго.

Ей повезло, что погода на улице стояла отличная, а потому ее новый прикид, состоявший из мужских черных боксеров на подтяжках, все-таки отобранных у Тревиса, и черной же футболки с белыми носочками, хоть и выглядел странно, но не заставлял чувствовать себя замерзшей. Одежду она выкинула в мусорный бак, после чего направилась к забегаловке, где они с остальными условились встретиться.

На столе, где сидели Итан с Тревисом, одетые примерно так же как и она, высилась гора бургеров, так что Мелисса, подсев на свободное место, тут же схватила верхний и, отсалютовав им, спросила:

— Что, тоже причиндалы демонстрировали?

— Нет, — фыркнул Тревис, кивнув на телефон, заряжавшийся на столе. — Все включилось, и Итан оплатил.

— Водитель написал, что скоро будет, — смущенно ответил тот, отводя глаза. — Лисс, прости, я должен был найти другой способ…

— Расслабься, — фыркнула та, вгрызаясь в бургер и тут же пачкая подбородок в соусе. Это было божественно вкусно. Фастфуд в отделе Вельвет был предан анафеме, а запретный плод всегда слишком сладок… Мелисса довольно застонала в котлету и продолжила с наслаждением откусывать кусок за куском, уже готовясь развернуть следующий.

Тревис тихо фыркнул, ласково потрепав ее по мокрым волосам, и повернулся к Итану:

— Ты написал Воксу про коготь?

— Нет еще, — пожал плечами тот.

— Почему? — Удивилась Мелисса. — Надо отдать ему как можно скорее.

— У нас есть время, пока тьма не начала наступать на город, — отстраненно сказал Итан. — Тем более нам всем нужно отдохнуть.

— Этот карьерист подберет идеальный момент для передачи когтя и запустит свою карьеру на ракетной скорости вверх, — горько усмехнулся Тревис. — Ты не забывай, что это все ее заслуга, умник. Коготь с нами благодаря ее упертости и острым каблучкам. А ты всю дорогу ныл, что устал и ничего не видишь.

— Мне не нужно признание мистера Вокса, — пожала плечами Мелисса прежде, чем началась бы очередная перепалка. — Думаю, мне лучше не появляться перед ним никогда больше… — она поежилась, вспоминая сцену перед отелем. — Поэтому забирай всю славу себе, я не против.

— Так и сделаю, — кивнул Итан, как будто ничего и не случилось. — Там в офисе код семь, — чуть помолчав, добавил он, будто пытаясь оправдать себя. — Господин Валентино у руля.

— У, блять, — хохотнул Тревис. — Думаю, ему понравится наш прикид по возвращению. Решит, что подлизываем.

Мелисса тихо фыркнула в стакан с колой.

— Только не это, — Итан закатил глаза. — Он постоянно ищет способ избавиться от меня.

— Не ссы, он тебя любит. Просто ты правая рука его мужа, а ты знаешь, что обычно делают правой рукой, — он поиграл бровями, и Мелисса громко расхохоталась.

— Фу, перестань! — Возмутился Итан, краснея. — Я не сплю с ним!

— Но хотел бы, — Тревис расплылся в довольной улыбке. Мелисса почувствовала, что еще немного, и кола польется у нее из носа.

— Нет!

— А вот и да!

— А вот и нет!

— Я живу с тобой в одной комнате, умник, и прекрасно слышу, что ты там стонешь, когда отдрачиваешь себе!

— Заткнись! — В Тревиса полетела смятая обертка от бургера, но тот ловко увернулся.

— Ох, Вокс, еще! — Тревис принял самую блядскую позу и промурчал это тонким голосом, заставив Итана возмущенно взвизгнуть.

Завязалась потасовка, и Мелисса чуть отодвинулась, чтобы ее не задело. Она продолжила поглощать бургер за бургером, раз парни были заняты своими разборками. Это продолжалось еще какое-то время, а потом Итан обиженно отсел от Тревиса и, обняв себя руками, отвернулся.

— Трев, ты перегибаешь палку, — осторожно пожурила его Мелисса.

— Да он задолбал семьдесят лет смотреть на свою тв-коробку, когда рядом есть такой мужчина в самом расцвете сил, как я, — хохотнул Тревис.

Мелисса только покачала головой в ответ:

— Иногда ты ведешь себя так разнузданно-мерзко, что твои хорошие черты теряются на таком фоне…

Повисло неловкое молчание, и Мелисса решила вернуться к еде. Меньше всего ей хотелось переругиваться с парнями. Им нужно было отдать оружие и надеяться на то, что их большое начальство не проебет в этот раз все шансы на победу над тьмой. А когда все закончится, они пожмут друг другу руки, и Мелисса тихонько исчезнет из отдела Вельвет и ее жизни. В конце концов она действительно была маленьким винтиком в системе, который легко можно заменить, а подвергать Вельвет очередной опасности или ставить под угрозу ее отношения с другими Ви ради себя она не хотела. Иногда любить это значит отпустить. И у нее даже есть время, чтобы принять этот выбор.

— Думаю, нам пора возвращаться, — через пару минут буркнул Итан, подслеповато щурясь на улицу.

Мелисса выглянула в окно и увидела представительский автомобиль с лого Вокстека на дверях. Что ж, им действительно пора было возвращаться.

Chapter Text

Радиостанция встретила Аластора тишиной. Он прошел прямо по коридору в небольшой закуток с кухней. Дернул дверцу шкафчика под раковиной и, достав оттуда недопитую бутылку дрянного виски, подцепил залапанный стакан. Не заботясь о том, что дрожащие руки пролили часть мимо, он приложился к спиртному, залпом выпив все до капли. Дыхание на миг перехватило, и он оперся о раковину, недовольно жмурясь.

Проклятый Вокс.

Проклятый Вокс и его неуместная искренность.

Он спутал Аластору все карты, и теперь тот не знал, как вести свою игру дальше.

Его цели не изменились. Он собирался стать неуязвимым. Он не думал о том, чтобы вершить чужие судьбы или создавать законы, по которым окружающие будут вынуждены жить, но он хотел быть поистине свободным, а для этого ему нужна была несокрушимая сила, которую никто не смог бы отнять.

Сделка с Роззи была такой глупой ошибкой… Но он был юн и не знал, как устроен этот мир, а потому, заключая договор, он собирался расторгнуть его тут же при попадании в ад. И в итоге завис в своем статусе «питомца» на долгие годы, вынужденный признать, что он не самый хитрый и умный демон на свете.

Но что ж, за это время у него была возможность исследовать другие способы достижения необходимой власти.

Первозданная тьма казалась идеальным инструментом. Вот только она не имела собственной личности и мозгов, а потому заболтать ее было невозможно. Но… что насчет того, чтобы поработить?..

Впервые он об этом задумался, когда тьма начала поглощать Вокса. Тот, хоть и терял адекватность с каждой минутой, достаточно долго смог остаться в сознании. Жаль, эксперимент не удалось довести до результата — проклятый Валентино отодрал Воксу голову, остановив дальнейшее слияние с тьмой.

Тьма всегда искала сильный источник, чтобы запитаться от него. Но что, если получится остаться в сознании и подчинить эту тьму себе?.. Аластор был уверен в своих силах — его собственные способности были сродни первозданной тьме. Они могли бы найти общий язык.

Какое-то время он пытался поглотить тьму через себя, но у него никак не выходило. Призыв чуть большего — и он плохо помнил следующие несколько часов. Это было похоже на наркотик — непреодолимое желание, доза и говняные ощущения после, пока мозг упрямо шепчет «еще».

Его не устраивал такой результат. Тьма должна была подчиниться, а никак не он.

Тогда он решил провести эксперимент. Раз не получается в одиночку, почему бы не подключить приманку?.. Самый очевидный и сильный источник был у него прямо под носом. И если уж Вокс смог воспользоваться силами главного Греха против его воли, то он точно справится… Глупый король Ада даже не понял, что произошло, а Аластор первые пару минут ликовал, ощущая, как может управлять тьмой… Только для того, чтобы проснуться в лимбе и получить от Вокса лекцию о том, что надо лучше относиться к окружающим. От Вокса, черт возьми!..

Аластор уважал его, но никогда не признался бы об этом вслух. Вокс был прекрасным манипулятором и демоном с поистине наполеоновскими планами. Он разыгрывал отличные партии, сосредоточившись на количестве, а не на качестве. Аластор мог сколько угодно потешаться над ним, но он прекрасно понимал, что стратегии Вокса по большей части были продиктованы его собственной силой и слабостью — рейтинги требовали преданную аудиторию. Он управлял общественным мнением, сиял и не боялся идти к своим целям длинными путями.

Аластору очень повезло, что Вокс был слаб к нему. Его логика и отработанные схемы легко ломались, стоило Аластору посеять хоть зерно сомнения. Ему нравилось каждый раз слышать, как это хрупкое эго разбивается об очередной его колкий комментарий. Единственное его смехотворное убеждение, которое стояло практически нерушимой глыбой, это мысль о том, что Валентино и Вельвет — его семья. Два столпа, на которых держится сам Вокс. И тогда, манипулируя им для снятия собственных оков, Аластор был предельно осторожен, пытаясь отсечь Вокса от его партнеров. Нельзя было свистеть в уши ни Вельвет — та относилась к нему достаточно скептично и терпела в башне Ви только из-за Вокса, ни Валентино, с которым отношения у Аластора были отвратительно-плохими еще с тех пор, как Винсент только начинал строить свою империю.

Но тогда ему не удалось разбить это трио, и все его попытки подточить уверенность Вокса в его семье закончились тем, что эта семья стала только крепче. Как смехотворно и обидно…

Вокс все еще оставался ублюдком-манипулятором и продолжал расширять сеть своего влияния, но теперь он был более спокойным и уверенным в себе. Смотрел на Аластора понимающим до дрожи взглядом, и это бесило. Иногда ему казалось, что они словно поменялись местами, и теперь Вокс видит его насквозь. Они держали друг друга в зоне видимости и вполне себе неплохо общались, пока Аластор строил свои планы относительно тьмы.

Он постоянно возвращался к своему провалу, пытаясь вычленить корень неудачи. По всему выходило, что Вокс смог оставаться в сознании достаточно долго благодаря слову Чарли. Иначе как объяснить, что у него почти получилось без всякого умысла, а у Аластора нет?..

Мысль о том, что статус «сильнейшего грешника» Чарли мог бы помочь ему поглотить тьму без последствий, пришла к нему как раз за несколько дней до того, как первозданная тьма снова начала появляться над городом.

Источник в виде этого ублюдка Адама сам подкинул окружающим мысль о том, что «Аластор захочет отомстить». Может и хотел бы, но от Адама там была только одна эмоция, направленная на род Морнингстаров. Так что улыбаться и махать ручкой перед повторным убийством было бы бесполезно — в чем удовольствие, если жертва даже твоего лица не помнит?.. Ему было откровенно плевать на источник. Главное — возможность очередного эксперимента.

Аластор был рад услышать, что Вокс отказался помогать. Конечно, отказался, ему своя шкура дороже, да и Ви после предыдущего раза ему пинков отвесили за попытку упокоиться — это ему Вокс рассказал как шутку за стаканом виски. В любом случае, для Аластора это был прекрасный подарок — не нужно было думать, как вывести его из игры.

Он как по нотам разыграл диалог с Чарли, посеяв в ней зерно сомнения. Ей всегда было просто управлять, главное, взрастить в ней панику и чувство обреченности. Но ситуацию осложнило то, что впоследствии тьма поглотила в себя Вагги и Вельвет, сделав и Чарли, и Вокса более вовлеченными в происходящее.

Но Аластор после порабощения тьмы собирался вернуть им обеих девушек. Перед этим устроить спектакль «некомпетентный Вокс», чтобы Чарли от гнева и боли утраты полыхнула глазами и отдала свое слово Аластору. Вокс как-нибудь простит его, если он вернет Вельвет в целости и сохранности, не так ли?.. В конце концов их мирное сосуществование нравилось Аластору.

Все всегда ждут супер-мега-сложный план, но на деле срабатывают самые простые цепочки событий. И Аластор ставил именно на это. Отдай слово мне, а я получу то, что мне нужно, и отблагодарю тебя. Идеально, но…

Проклятый Вокс.

Проклятый Вокс, загнанный в угол своей же верой в семью и исключительность его партнеров, чуть не продал душу Кармилле.

Аластор с ненавистью поставил пустой стакан в раковину, чуть не разбив его, и крепко зажмурился.

То, как просто он был готов отказаться от всего, что создал с момента попадания в Ад, то, как просто он отказывался от самой ценной валюты, что у него была…

Темное сердце Аластора ухало куда-то в живот, когда он вспоминал отчаяние в этом голосе. Вокс не имел права отчаиваться. Не имел права быть таким беззащитным и готовым на все ради своей семьи.

Аластор не раз думал о том, как было бы забавно поставить его на колени и заставить умолять. Но нихуя не забавно, когда он делает это перед кем-то другим. Он должен был или молчать, или поддержать игру Аластора против Кармиллы.

Его неуместная искренность разбила сердце Аластора, и теперь чертов шрам в виде буквы V саднил без остановки. Все подготовленные аргументы для Чарли растаяли в одно мгновение и вместо заготовленной речи Аластор начал говорить совершенно не те вещи.

Он не хотел думать о причинах.

Он мог только обвинять самого себя в сорванном плане и пить дрянной виски в пустой радиостанции.

Как же было горько.

Зажмурившись и отринув тяжелые мысли, он постоял немного в тишине, решая, что делать дальше.

Почувствовал, как тонкие нити, соединявшие его и призванных миньонов, начали лопаться, означая то, что кто-то или что-то упокоил их.

Еще одна часть плана пошла прахом.

Он залил стакан водой из крана и, развернувшись, ушел в студию.

Самое время начать эфир.

***

Вокс ввалился в общую гостиную и тут же упал, стоило ему коснуться пола. Колени подкосились сами собой, и ему очень повезло, что по комнате всегда были разбросаны подушки и пледы, которые они с Вел и Валом подгребали каждый раз, когда хотели полежать вместе.

Тело ощущалось как один огромный синяк, и он даже пальцем не мог пошевелить. Все силы, что у него оставались, он отдал в последней схватке с Аластором, и если бы с ними в лимузине не ехала Чарли, то он просто позволил бы себе отключиться на плече Валентино. Сердце заполошно билось от мысли, что ему нужно продолжать шевелиться. Правильным решением было закрыть глаза и забыться на ту пару часов, которую дал ему Вал, забрав на себя управлением ситуацией.

Но хоть тело и было слабо, голова продолжала работать. Из последних сил он приподнялся на локтях и выпустил провод, подключаясь к их плазме, занимавшей всю стену. Пара мгновений, и сознание переместилось туда, оставив тело отдыхать.

Он быстро крутил в голове события дня с самого утра, пытаясь разложить все аккуратно по полочкам, но мысли продолжали наскакивать друг на друга и мешаться. А больше всего его убивало ожидание.

Он не очень верил в то, что с Вельвет все нормально. Какое нормально, когда ее просто проглотило огромное бессмертное существо? Он мог быть чуточку быстрее, он же молния в конце концов! Движется со скоростью света, так какого хрена-то? Мог бы выхватить Вельвет и отбросить ее подальше. Самому стать жертвой вместо нее. Мог бы!.. Мог ведь?..

Он резко остановил себя, запрещая поддаваться эмоциям. Нужно… Нужно восстановить все события с самого утра. Не отвлекаясь!

Он выдохнул и начал заново. Ссора с Вельвет. Паника. Злость. Паника. Сегодня так много произошло на панике… Вокс проклинал свою эмоциональность, но он просто не умел по-другому.

И Аластор снова…

Он зажмурился.

Заставил себя успокоиться.

Пересмотрел воспоминания еще раз, останавливаясь каждый раз, когда боль и гнев затапливали его сознание.

А потом еще раз.

Запнулся.

Отбросил эмоции и переслушал каждое слово.

А затем с облегчением рассмеялся.

— Какой же ты мудак, Ал… — пробормотал он.

Но с пониманием пришел и покой, так что он сосредоточился на том, что волновало его весь день — куда уходит тьма?.. Может у него все же есть шанс нанести первый удар?..

Он подключился к своей базе видео-камер и запустил поиск по трем событиям: нынешние появления тьмы, предыдущие с Аластором и… то, что он не хотел видеть — его собственный захват. Это все еще было больной темой, но если это поможет спасти Вельвет, то ему плевать. А она может еще раз посмеяться над его любовью подглядывать за окружающими и сохранению всех записей всех камер с момента, когда они были установлены, после того, как он ее вытащит.

Он листал, приближал, всматривался, но каждый раз тьма приходила словно из ниоткуда. Почти отчаявшись, он взялся за записи своего собственного падения во время попытки взорвать Ад и Рай разом. Ему понадобилось время, чтобы успокоиться перед просмотром.

Иногда ему казалось, что Вельвет и Валентино простили его слишком быстро и просто. Они совершенно точно любили его. Понимание приятно кольнуло его изнутри, расползаясь теплом по сознанию.

Вокс сам себя точно не простил, в итоге выкинув все воспоминания о том самом дне в далекий ящик, чтобы не мучать себя лишний раз. Но на кону стояла жизнь Вельвет. Посмотреть ради ее спасения несколько сотен раз на собственное безумие?.. Фигня вопрос.

Он все еще помнил, как еле слышный шепот на грани сознания превратился в набат, выталкивая его собственные мысли и отрезая разум. Как каждое слово или взгляд начали казаться ему враждебными. Как весь мир сузился до отвратительной улыбки Аластора, становившейся только шире каждый раз, когда он ловил на себе взгляд Вокса…

Не в силах смотреть, он поставил видео на паузу и тихо выдохнул, переведя взгляд обратно на комнату, а не внутрь себя.

Тело лежало там же, где он его бросил, и внутренние показатели все еще были сильно ниже нормы — с низким рейтингом его регенерация практически останавливалась, делая его слишком хрупким и беспомощным. Когда он был жив, он мечтал о том, чтобы все взгляды были направлены на него. Ебанная ирония, что в аду без этих взглядов он практически не мог жить в самом прямом смысле.

Он снова вернулся к застывшему изображению и тихо вздохнул. Вельвет превзошла саму себя, сшив ему тот черный костюм. Никогда он не ощущал себя таким красивым и притягательным, как тогда. Даже несмотря на то, что Вокс смертельно обидел ее, она все равно создала ему новый образ со всей любовью.

Внезапно что-то привлекло его внимание, и он увеличил изображение, присматриваясь к собственным плечам. Включил проигрывание, кадр за кадром отсматривая свои движения.

Заставил алгоритмы искать похожие знаки.

У него перехватило дыхание от быстро растущей цифры новых находок.

— Ох ты ж блять… — пробормотал он, снова возвращая взгляд в комнату. — Ох ты ж ебанный…

Он отсмотрел и видео Аластора, и Адама, видя те же самые паттерны. Закрыл глаза, переваривая информацию. Что ж… Похоже, он мог хотя бы предсказать, когда тьма сформируется в следующий раз.

Вокс вернулся обратно в собственное тело, снова чувствуя боль и усталость. Впрочем, сейчас эти ощущения как будто притупились… Он сел на полу, медленно моргая и стараясь собраться с мыслями. Все тело продолжало ломить, а голова гудела от количества новой информации.

Он взглянул на свою разорванную жилетку, потемневшую от крови, и, тихо выругавшись, поднялся. Нужно было хотя бы принять душ и переодеться.

Ванная на их общем этаже использовалось редко — у каждого из Ви был собственный личный этаж со всем необходимым. Привычно поставив лейку на уровень груди, чтобы лишний раз не мочить экран, он неловко залез в ванную. В голове все еще крутились сотни мыслей, которые он не мог просто выкинуть, так что он убрал их в фоновый режим. Главное, случайно не переключиться обратно.

Он начал осторожно вымывать кровь из еще не начавших затягиваться ран. Если что-то не сделать с его рейтингами в ближайшее время, то к следующей схватке с тьмой он точно не будет готов. Но он мог довериться Валентино. Он просто знал, что тот с помощью угроз и такой-то матери заставит работать их огромную и неповоротливую корпорацию в режиме мобилизации всех сил.

Позволив себе буквально пять минут ни о чем не думать, он выключил воду и, обтеревшись полотенцем, вернулся в комнату за одеждой и бинтами. Где-то здесь лежала его пара рубашек и штанов среди сваленной кучей домашней одежды Вельвет и Валентино. Тело все еще было тяжелым и, хоть часть усталости смыло вместе с водой, он не отдохнул как следует. Он шипел и матерился, обрабатывая свои ссадины и порезы. Ничего фатального с ним не случилось, но это не значило, что ему не больно.

Кое-как наложив бинты и уже подворачивая рукава рубашки, он услышал тихий плеск воды в аквариуме и обернулся, тут же встретившись взглядом с Shock.wav. Тот, обрадованный, что хозяин ничем серьезным не занят, моментально взвился под потолок к выходу из аквариума и с силой выпрыгнул из него, расплескивая воду. Вокс еле успел увернуться, когда тяжеленная туша упала рядом с ним и перевернулась на спину, радостно стуча себя плавниками по бокам и похрюкивая жабрами.

— Да ты моя радость, — с облегчением рассмеялся Вокс, бросив застегивать рубашку. Он как мог обнял Шока и тут же начал чесать его живот под довольное фырчание. — Папочка совсем про тебя забыл, да, мой хороший?..

Шок довольно вертелся под его пальцами, подставляясь то одним боком, то другим. Вокс почувствовал прилив сил и отступающее давление собственных мыслей. Прижался к шкуре акулы, счастливо смеясь.

— Люблю тебя, Шокки… Не хочешь со мной посмотреть, что там Вал делает?..

В ответ Шок стукнул его плавником, призывая перестать заниматься хуйней и вернуться к почесушкам. Вокс со смехом продолжил начесывать его бока. Идиот Бакстер, когда-то создавший ему Шока, обещал, что акула останется миниатюрной всю жизнь, но тот сначала раскабанел до состояния, когда Вокс уже не мог удержать его на коленях, а затем и дорос до нынешнего размера, вынудив хозяина пересмотреть план строящейся башни так, чтобы создать в ней огромный аквариум с ответвлениями для Шока. Он мог путешествовать по всей башне и наблюдать за каждым работником, периодически пугая их вспыхивающими из темноты глазами. Увлечения у него были примерно теми же, что и у самого Вокса…

Впрочем, несмотря на громадные размеры, акула продолжала думать, что прекрасно помещается в объятиях Вокса в то время, как у него силы заканчивались раньше, чем Шокки надоедала ласка. И в этот раз Вокс в итоге забрался Шоку на пузо, продолжая почесывать его кабелем, и включил себе запись с камер конференц-зала, чтобы узнать, что именно предпринял Валентино для скорого возвращения рейтингов.

Вал в отличие от них с Вельвет не особо любил командовать толпой. Он умел это, но такое подчинение не доставляло ему особого удовольствия. Он предпочитал подчинять окружающих по одному, мягко и ненавязчиво зацикливая на себе. В остальных случаях ему было проще спихнуть приказы на Вокса, а самому уйти творить. Поэтому в ситуациях, когда ему приходилось встать у руля, он начинал сильно нервничать. Впрочем, это могли различить только Вельвет и Вокс, а остальные просто старались не шевелиться, чтобы случайно не навлечь на себя гнев.

— Вал такой сексуальный, когда требует всех заткнуться, — ласково рассмеялся он, закрывая голограммы. — Я так люблю его, Шокки.

Акула стукнула себя плавником по боку, как бы соглашаясь. У него тоже были прекрасные отношения с Валентино, особенно учитывая, что тот подкармливал Шока всякой не полезной, но вкусной хренью, пока Вокс не видел.

— Я знаю, что ты тоже его обожаешь. А Ала ненавидишь, — Шок тихо зарычал при упоминании Аластора. Не то, что бы у него были реальные причины — это просто было вложено в его настройки: видишь Аластора — грызи. — Он полный мудак, Шокки… Но я, похоже, никогда не научусь его по-настоящему ненавидеть.

Акула продолжила ворчать, словно требуя сменить тему. Вокс улыбнулся, чувствуя как с каждой минутой ему становится все легче — рейтинги начали подбираться к своей обычной высоте.

— Я так люблю вас, — тихо продолжил Вокс. — Тебя, Валентино и Вельвет, — он задумчиво погладил Шока. — Вы делаете меня целым…

Шок ничего не ответил, продолжая нежиться под его прикосновениями. Вокс осторожно поцеловал то же место, что и гладил, и снова лег с закрытыми глазами.

Он редко бездельничал, но сейчас ему нравилось просто бездумно лежать рядом с любимым существом и никуда не торопиться. Тревожные мысли о Вельвет никуда не делись, но он понимал, что ему все равно придется ждать. Валентино, сам того не зная, сделал момент следующего появления тьмы немного более предсказуемым.

Он отследил по камерам, что Вал сидел в телестудии и наблюдал за эфиром, почитывая распечатки сценариев, которые ему поминутно приносили. Рядом неловко мялась Чарли, не привычная к суматохе студии. Вокс, немного подумав, отправил Валу сообщение:

«Можете прийти ко мне с принцессой?»
«Я в», — коготь опять проехался мимо по клавиатуре, нажимая отправить вместо пробела. Вокс тихо выругался.
« гостиной.»

Он увидел, как Вал почувствовал вибрацию и достал нижней рукой свой телефон, чтобы проверить сообщение. Посмотрел ровно в ту камеру, изображение с которой было на экране перед Воксом, и нежно улыбнулся ему. Затем обернулся на принцессу, сказал ей пару фраз, пощелкал пальцами, подзывая Китти.

Похоже, сам он не придет.

Вал снова обернулся на камеру и послал ему воздушный поцелуй. Вокс в ответ отправил электрический импульс, сформировавшийся сердечком над камерой в студии. Вал усмехнулся и, закончив с флиртом, взял следующую распечатку.

«Я надеюсь, что ты все же найдешь на меня время попозже», — написал Вокс. — «Нам нужно переговорить перед эфиром с Чарли.»

Ответом стало короткое «Ок», а еще через пару минут дверь гостиной с тихим шелестом отъехала, запуская внутрь принцессу и Китти.

— Вокс? — Позвала его Чарли, оглядываясь. Шок, услышавший незнакомый голос, вздернулся, спихнув с себя Вокса.

— Шокки, фу! — Запоздало крикнул он, когда акула уже практически нависла над принцессой. Та взвизгнула, закрываясь копьем Вагги. — Это друг!

Шок клацнул зубами и начал обнюхивать замершую Чарли.

— Он не тронет тебя, дай ему записать твой запах, — нервно улыбнулся Вокс, читая во взгляде Чарли настоящий ужас. Наконец Шокки шумно выдохнул в ее волосы и вернулся на належанное место.

— Это ведь та самая акула, которая чуть не откусила Аластору руку?.. — Неуверенно переспросила она.

— Он совершенно безобиден, — отмахнулся Вокс. Чарли в ответ неопределенно хмыкнула, явно не поверив ему. — Как ты себя чувствуешь?..

Им все еще было неловко рядом друг с другом после всего произошедшего. Чарли огляделась, пытаясь понять, где ей сесть, и Вокс кивнул ей на диван и кресла, а сам отсел на пол, прислонившись к боку Шока, который тут же положил ему на ноги хвост.

Чарли неуверенно села на краешек дивана, положив под ноги копье, немного поерзала и затем мягко опустилась на пол, устраиваясь напротив Вокса. Тот продолжал смотреть на нее, избегая заглядывать в глаза, и Чарли делала то же самое.

Первым не выдержал Вокс:

— Итак, ты хотела забрать свое слово?

Чарли вздрогнула, и их глаза все же встретились. Они оба были растеряны и не понимали, как говорить друг с другом. Могли ли они честно общаться о таких вещах?.. Что у них вообще были за отношения?..

—Я не хочу забирать его больше, — тихо сказала Чарли. — И я вообще не думала о том, чтобы его забрать, если честно. Мне просто не приходило это в голову, потому что мы… Ну, я думала, что раз мы друзья, то ты ответишь мне взаимностью, — она запнулась. — Я… Я испугалась и не подумала, что моя просьба может быть неприятна тебе. Что ты откажешься помочь мне еще раз… Ну, после всего.

Она замолчала, отведя взгляд и покусывая губу.

— Думаю, я сам виноват своим отказом, — вздохнул Вокс, снова привлекая ее внимание. — Просто… Я обязан теперь вставать на защиту Ада каждый раз?.. Не то, чтобы это была работа моей мечты…

— Но если не мы, то кто?.. — Тихо спросила его Чарли.

— Настоящие герои попадают сразу в Рай, дорогая, — хмыкнул он. — Твой народ — грешники. И да, среди них есть те, кто просто ошибся и хочет быть лучше. Но я, например, нет. Я убийца, Чарли. И убивал я не из необходимости, а потому что это открывало мне самый простой путь. Разве такой как я может быть настоящим героем, спасающим Ад?

Чарли со вздохом помассировала веки, не торопясь отвечать. Вокс молча поглаживал хвост Шока, думая о том, насколько эти старания бесполезны. Насколько он не подходит на эту роль.

— Ну, победим мы тьму в этот раз, вернем Вельвет и Вагги, — продолжил он. — А тьма вернется снова. Я изучил немного тему и знаю, что ее нельзя уничтожить до конца. А учитывая, что в последние годы она стала восставать все чаще и чаще, то в какой-то момент мы столкнемся с тем, что придется бороться ежедневно. Я не уверен, что это мое призвание в посмертии.

Чарли открыла было рот, но ничего не сказала. Вокс не стал ее торопить, отвлекшись на видео из телестудии, которое фоном проигрывалось у него в голове. Вал из-за чего-то взбесился и кричал на сотрудников.

— Если ты попросишь меня забрать мое слово, я заберу, — голос Чарли звучал надломленно, и Вокс снова вернул ей все внимание. — В конце концов… Я отдала его тебе случайно. Ты не обязан быть моим героем, — она выставила вперед ладонь, не позволяя ему что-либо сказать в ответ. — Но. Я хочу, чтобы ты был моим героем, — на одном дыхании произнесла она. — Вот. Я это сказала! — Она посмотрела на него с неуверенной улыбкой, и он неловко кивнул в ответ, внимательно слушая ее. — Ты знаешь, что я верю в искупление, и в то, что в каждом демоне есть хорошее. В тебе есть хорошее, Вокс, — она грустно улыбнулась ему. — Смотри, как ты изменился с тех пор. И прежде всего по отношению к своим же Ви! И к Аластору, и к медиа-кварталу… И ко мне.

Вокс тихо фыркнул:

— Этого не хватит для искупления. Не то, что бы мне хотелось.

— Даже если ты не хочешь искупления, ты все равно стал лучше, — мягко сказала она.

Они молча смотрели друг на друга, не ища других аргументов в продолжение разговора. Наконец, Вокс еле слышно спросил:

— Скажи мне, принцесса… Как ты справляешься с тем, что они навсегда покидают тебя?..

Чарли посмотрела на него с непониманием, а затем сложила губы в беззвучное «о».

— Это… — она выдохнула и зажмурилась. Открыла глаза и тихо продолжила: — Я радуюсь за них, — ее голос немного дрогнул, но она справилась с собой. — Правда, радуюсь. Я грущу только по тем, кто ушел самыми первыми. Пентиус, Черри, Энджел, Хаск. Они действительно были… И остаются! Моими друзьями. И хоть я рада за них… — Вокс увидел, что ее глаза внезапно стали влажными. — Прощаться было так больно…

Она не выдержала и закрыла лицо руками, пытаясь вернуть себе самообладание. Шок внезапно дернул хвостом, заставив Вокса отпустить его, и, обвившись вокруг талии Чарли, притянул ее к ним, роняя Воксу в объятия. Та удивленно взвизгнула, но поняв, что ничего страшного не произошло, замерла в руках Вокса, удивленно смотревшего на Шока. Тихо фыркнув, тот отвернул от них голову и продолжил лежать, как ни в чем не бывало.

Вокс неловко погладил ее по плечам:

— Шокки просто… Считает, что обнимашки все лечат.

Чарли шмыгнула носом и, повозившись, достала руку, которая оказалась зажата между ними, и погладила акулу по блестящему боку:

— … Спасибо, Шокки.

Тот лениво дернул хвостом и затих. Вокс осторожно отпустил Чарли, позволив ей просто устроиться рядом с ним.

— Прости, я не собирался врываться в твое личное пространство, — осторожно сказал он.

Чарли обняла себя руками и грустно улыбнулась:

— Я люблю объятия, но… Сейчас я хотела бы обнять Вагги.

Вокс кивнул, принимая ее ответ.

— А ты хотел узнать про Вельвет, а не про то, как мне не хватает моих друзей? — Улыбнулась ему Чарли. Вокс закатил глаза и развел руками.

— Я спросил ровно то, что хотел спросить. Не думаю, что я когда-нибудь буду готов к тому, что Вельвет уйдет.

Чарли понимающе похлопала его по предплечью:

— Все будет хорошо, мне кажется, она не собирается на Небеса, — Вокс вопросительно приподнял брови. — Она ходит за компанию, не вылезает из телефона и не участвует в упражнениях, — пояснила Чарли. — Единственный раз, когда она что-то делала, это когда мы говорили про семью.

— Про семью?.. — Невольно переспросил Вокс. — Ее семью на Земле?..

— Нет, тема была «те, кого мы считаем семьей», — покачала головой Чарли. — Она… Неожиданно много говорила про тебя и про Валентино.

— Что… Что именно она говорила?.. — Хрипло прошептал он.

Чарли покачала головой в ответ:

— Я не могу раскрывать личную информацию тех, кто приходит к нам за помощью. Но она действительно втянулась и говорила про вас. Это было очень неожиданно и мило.

Вокс кивнул, принимая ее ответ. Осторожно погладил Шока по боку, все еще сожалея о том, что они поссорились утром. И из-за такой глупости, как ее очередная пассия.

— Я так проебался, — устало вздохнул он. — Всегда хотел быть ее тихой гаванью, человеком, которому она может открыться, просто рассказать все и оставить решение своих проблем мне. А в итоге оттолкнул…

— Расскажешь?.. — Мягко предложила Чарли. — Я вроде как твоя тихая гавань, нет?..

Вокс закатил глаза в ответ.

— Много на себя берешь, принцесса.

— И тем не менее ты звонишь или приходишь ко мне, когда у тебя нет ответа, — легко заметила она. — Может тебе и не нравятся мои советы, но иногда выговориться постороннему гораздо проще.

— Мне кажется, что я потерял право тебе выговариваться после того отказа помочь, — тихо ответил он.

Как он и думал, Чарли не кинулась его переубеждать. Она долго смотрела на него, пока он отводил взгляд. Потом осторожно прижалась плечом к плечу и, найдя его руку, переплела пальцы.

— Я… Больше не обижаюсь, — сказала она. — Но в моменте это было больно.

Он осторожно сжал ее руку, стараясь не поранить когтями. Затем аккуратно перевернул тыльной стороной вверх и коснулся губами в поцелуе.

— Прости, принцесса. Обещаю, что в этот раз я упокою тьму и достану наших девочек оттуда. Про следующий раз будем договариваться отдельно.

— То есть следующий раз будет?.. — С улыбкой спросила она.

— Попридержи коней, принцесса, мы еще с этим не разобрались, — рассмеялся он, снова проверяя камеры в студии. — И нам нужно кое-что обсудить. Полагаю, Вал уже идет к нам.

Чарли неловко рассмеялась и погладила его по плечу.

— Так что там между Вельвет и тобой? — Спросила она спустя пару минут, когда никто не появился.

Вокс пожал плечами:

— Не знаю как правильно описать наши отношения за пределами бизнеса. Она периодически во что-нибудь влипает, замалчивает до последнего, а я потом разруливаю. Я вообще-то не против, мне нравится защищать ее. Но… Она становится такой глупой, когда влюбляется… Я просто не хочу, чтобы она в очередной раз плакала так, будто случился конец света из-за очередной дуры.

— Мне кажется, мы все глупеем, когда влюбляемся, — мягко ответила Чарли.

— Тогда я исключение из правил, — фыркнул Вокс, демонстративно глядя на нее сверху вниз.

— Ой ли?.. — Хихикнула Чарли в ответ. Вместо ответа он показал ей средний палец и отвернулся. — Я вот точно резко глупею, когда Вагги на меня смотрит. Мне кажется, это нормально…

Вокс тяжело вздохнул, подбирая слова. Он мог так много рассказать о глупых влюбленностях…

— Это нормально, если ты действительно можешь быть глупым рядом со своим партнером. Но те, кого она выбирает, хотят ее деньги и популярность, эксклюзивные шмотки, в конце концов. Не ее саму. И она каждый раз остается с разбитым сердцем, и хуже всего, когда она плачет у меня на плече, а я понимаю, что я бессилен. Конечно, я сделаю их дальнейшее посмертие настолько жалким, насколько это вообще возможно, но… Разве ей станет от этого легче?.. — Он снова обернулся на Чарли, словно ища ответ в ее глазах.

— Ну, мой бывший был мудаком, который хотел немного королевской популярности, — хмыкнула Чарли с грустной улыбкой. — И мать с отцом мне сразу говорили «брось его, пока не поздно!». Думаешь, я послушала?.. — Вокс отрицательно покачал головой. — Нет, не послушала, — подтвердила она. — Просто некоторые шишки нужно набить самому, я полагаю…

— У некоторых масштабы шишек слишком большие, — вздохнул Вокс. На непонимающий взгляд Чарли он закатил глаза и ответил: — я чуть не уничтожил два мира из-за Аластора. Пиздец, как жалею об этом. Самое смешное, что он даже не стоил того, но это мало что меняет.

Чарли погладила его ладонь и снова сжала ее, стараясь показать, что она рядом:

— О да, эпичная была истерика. Но это ведь в прошлом?.. Ты стал лучше. А мы помогли тебе в этом. С Вельвет тоже самое, только ты в роли помогающего. И эта роль не всегда легкая, — она снова прижалась к нему плечом, тяжело вздыхая. — Но Мелисса мне кажется хорошей. Она как бы… С правильным вектором, что ли?.. И она тоже выглядит «глупо», когда смотрит на Вельвет. Возможно, она — та самая.

— Хуя с два, — фыркнул тот. — Слилась сразу, как запахло жаренным. Ее даже нет в башне сейчас! Но я понял, — внезапная вспышка ярости тут же погасла. — Я постараюсь больше не лезть к ней.

Они отвлеклись, услышав, что входная дверь отъехала с тихим шумом. В комнату вошел Валентино и, оглядевшись, прошел прямо к ним.

— Отдыхаете?.. — Спросил он, бесцеремонно садясь рядом с Воксом, и свайпнул пальцем вверх по его экрану.

— Эй!

Окно с показателями внутреннего состояния тела Вокса перекрыло его лицо, и Вал начал внимательно считывать информацию, поймав того за вторую руку, когда он попытался вернуть лицо на место.

— Ты практически восстановился, — улыбнулся Вал и, убрав окно обратно, чмокнул его в щеку, после чего устроился рядом. Шок тихо фыркнул и похлопал себя плавником по боку, извещая их, что он тоже рад видеть Валентино, но вообще-то они втроем мешают ему спать. — Прости, Шокки, — Вал погладил его по шкуре и прижался к Воксу. — Так о чем ты хотел поговорить?..

— Ох, точно, — Вокс подобрался, сев ровнее, и открыл голограммы экранов перед ними. — Пока вы были заняты, я отсматривал предыдущие появления тьмы, — сказал он. — Пытался понять, могли бы мы атаковать, пока она спит, или что-то в этом духе?..

Чарли тоже подобралась, с интересом разглядывая изображения над ними. Вал же достал сигарету и, вставив ее в мундштук, поднес руку к Воксу. Тот привычно щелкнул пальцем, электричеством зажигая ее. Вал кивнул ему и медленно затянулся.

— Так вот, эта срань не просто шепот в голове, она живет прямо в нас всех. Смотрите, — он запустил видео с собой, показывая пальцем на частицы, похожие на пепел, поднимавшиеся от его черного костюма. — Сначала я подумал, что это просто помехи на камерах, но… — он нажал на быструю прокрутку, и стало понятно, что этот пепел формировался в фигуру над Воксом, а затем снова возвращался в его тело, заставляя меняться. — И не только тут, — он переключился на камеру, направленную на толпу грешников, с которых похожий пепел тоже слетал, но уходил куда-то в сторону. — Оно концентрируется на мне, — подсказал Вокс.

— Это первозданная тьма… — пробормотала Чарли, всматриваясь в картинку. — Получается, она в сердце каждого грешника?..

— Получается, да, — вздохнул Вокс и отмотал на момент, когда Ви скинули его с пушки. — Смотри, Вал… Заставил меня остановиться, и…

— Тьма не уходит никуда… — Пробормотала Чарли, глядя на то, как черный пепел оседает обратно на грешников. — Она возвращается в сердца…

— Это полная хрень, Вокс, — перебил их Валентино. — В этот раз она заглотила два физических тела, должно быть какое-то… место?.. — попытался он подобрать слово. — Где тьма хранит их. И источник!..

Вокс не нашелся с ответом — он просто развел руками, потому что у него не было идей.

— А это необязательно… — задумчиво пробормотала Чарли, и оба мужчины обернулись на нее. — Ад создан не для физических оболочек, а для бессмертных душ. По сути ваши тела — это отражение ваших душ и грехов, которые вы совершали…

— Но тела всегда можно лишиться и восстановиться, — продолжил Вокс. — Тем более теперь мы знаем, что ангельское оружие не убивает навсегда.

— У меня сейчас голова лопнет, — проворчал Валентино. — Как это работает с ангелами?.. Там ведь сейчас эта экзорцистка.

— А в случае с Аластором там был Люцифер, — подтвердил Вокс. — Полагаю, это какое-то исключение из правил.

— Или свет… — задумчиво ответила Чарли. Мужчины недоуменно посмотрели на нее. — Ну… возможно, они распадаются на наш внутренний свет, — пробормотала она, тушуясь от того, как глупо звучит. — Я просто предположила!

— Думаю, тут проще спросить у твоего отца, как это выглядело для него, — вздохнул Вокс. — Но в любом случае… Это не все, что я понял. Источник реагирует на свой триггер. Я реагировал на Аластора, Ал на бесящих его оверлордов, а Адам…

— На меня и отца?.. — Перебила его Чарли. Вокс кивнул.

— Поэтому, когда ты будешь давать свое интервью, будь готова, что тьма услышит тебя через зрителей, — закончил он свою мысль.

Повисла тишина, во время которой они втроем переглядывались друг с другом, пытаясь уложить весь этот пласт информации.

— Только не говори, что эта хрень появится прямо в студии и разрушит нашу башню, — вздохнул Валентино. — Я не собираюсь быть бездомным.

— Полагаю, что она все же сформируется снаружи, — пожал плечами Вокс. — Да, Вокстек огромен, но основные зрители будут прикованы к своим экранам, и тьма начнет подниматься оттуда. Тем более принцесса все это время сидела в эфирной комнате с кучей грешников, и ничего не произошло. Возможно, тьме нужно большее количество душ. Мы должны быть готовы к тому, что в любой момент, как принцесса появится на экране, начнется схватка, — его слова встретили тяжелым молчанием, так что он тут же попытался разрядить обстановку: — ну, а если башню разнесет к хуям, мы знаем, на кого подавать в суд, — он поиграл бровями, глядя на Чарли.

— Ой, иди ты нахуй, Вокс, — фыркнула она. — Я читала адский Форбс, ты самый богатый оверлорд в Аду.

— Богатство не приходит, если им разбрасываться, когда можно стрясти деньги с других, — пожал тот плечами. — И наша прекрасная принцесса Ада ни за что не бросит бедного несчастного миллиардера Вокси, — он приложил тыльную сторону ладони ко лбу, изображая высшую степень печали. Вал молча порылся в карманах и протянул ему купюру вместо платочка. — Я ведь твой герой? — Он сделал вид, что вытирает несуществующие слезы и хитро посмотрел на нее. — Вот и мирись с сопутствующим уроном.

Чарли не выдержала и смешливо фыркнула.

— Я услышала тебя. Спасибо…

— Кстати издательство журнала тоже принадлежит нам, — Вал задумчиво выдохнул дым. — И мы можем заставить их написать любую хуйню, какая нам только вздумается…

— Ладно, я поняла вас, — Чарли подняла руки в капитулирующем жесте. — Если тьма среагирует на меня и придет, я буду готова.

— Да, но не суйся к ней, — вздохнул Вокс. — Я могу одолжить копье?.. Не уверен, что Кармилла успеет сделать что-то другое.

Чарли кивнула ему:

— Конечно. Только верни потом.

Вокс кивнул и, подцепив проводом копье, переложил его на диван.

— Правки по сценарию интервью закончены, — прервал их Вал, читая уведомление на своем телефоне. — Рекомендую тебе спуститься в студию и подготовиться, принцесса, — он пощелкал пальцами, подзывая Китти, которая все это время стояла у входа в комнату. — Мы с Воксом присоединимся позже.

Чарли кивнула и поднялась на ноги:

— Сколько у нас времени до начала?..

— Час десять.

Chapter Text

Да будет свет.

Эти слова звучали в его голове, когда он впервые открыл глаза. Вокруг было так светло, тепло и приятно, а Творец смотрел на него, улыбаясь по-отечески гордой улыбкой.

Его звали Люцифер. Несущий свет.

Он был по правую руку Творца, наблюдая за тем, как тот создавал мир.

Приветствовал появление тех, кого в последствии назвали архангелами.

Наблюдал за созданием первых людей.

Видел исход Лилит в никуда.

Он и сам хотел творить. Не в тех масштабах, что у Отца, но ему нравилось экспериментировать. Ему так полюбилась идея о первых людях — они качественно отличались от животных и растений, у них был потенциал стать сложными, научиться творить, как и Отец, по чьему образу и подобию они были созданы.

Но Отец смотрел на свои творения, как на предмет. Он строил мир и закладывал правила будущей системы, и созданное им должно было подчиняться этому высшему закону. Ему не понравилась Лилит за самоуправство, а потому, избавившись от неудачного творения и навсегда о нем забыв, он создал Еву послушной и кроткой.

И она, и Адам мыслили узкими рамками, заложенными в них Творцом, и Люциферу было грустно смотреть на это. Он, наверное, единственный из ангелов, восхищался исходом Лилит…

Он не хотел сделать ничего плохого. Правила должны существовать, но… Почему бы не дать своим творениям право выбора?.. Разве не хорошо наблюдать за тем, как созданные тобой существа растут, развиваются, принимают собственные решения?.. И он решился помочь. Отец не запрещал ему общаться с Адамом и Евой, так что он просто подтолкнул их к первому собственному выбору…

Он никогда не видел Отца в таком гневе. Его величайшее творение вмиг растеряло его любовь и понесло наказание. Его первый и самый любимый сын был навсегда изгнан в Бездну.

Его падение было таким долгим, а удар о землю нестерпимо болезненным. Люцифер до этого никогда не чувствовал боли. Но тогда ему казалось, что его обычно легкое тело внезапно потяжелело, обретая физическую несовершенную форму, а каждое крыло было переломано в крошки…

Он кричал, и плакал, и умолял Отца простить его. Хоть и не понимал за что. Но Отец больше не хотел смотреть на него. Не хотел слышать. Он отвернулся и навсегда запер для Люцифера Врата Рая.

Он остался в одиночестве в Бездне, которая существовала еще до того, как Отец начал сотворять мир. И его света было недостаточно, чтобы осветить даже окрестности вокруг себя.

А вокруг была она.

Первозданная тьма.

Та самая, которая была до всего. Она потешалась над Люцифером и играючи тушила его свет. Возможно, это было его испытанием?.. Если он победит, то Отец простит его?..

Рассерженный и напуганный, Люцифер кинулся на эту Тьму, чувствуя как когти на пальцах стали длиннее и крепче. Он драл и рвал Тьму, бессильно крича. Топтал и пинал ее. Когда ему показалось, что рук и ног не хватает, он почувствовал боль в крестце, и в следующий миг за его спиной возник хвост с острым концом и шипами, который помогал ему рассекать Тьму. Когда она окончательно спеленала его, он принялся кусаться и бодаться, чувствуя, как изо лба отрастают рога.

Он был Люцифером. Несущим свет. Он не мог проиграть какой-то тьме.

В один момент, собрав все оставшиеся силы, он атаковал ее своим светом, расщепляя на мириады песчинок, начавших опадать на землю.

А потом его свет погас. Его руки навсегда почернели, напоминая о той схватке с тьмой.

То, что оставалось от ангела Люцифера, перестало существовать, оставив ему сломанные крылья и королевство без поданных.

Врата Рая не открылись перед ним. Его борьба оказалась бессмысленной, а тот прекрасный облик, что любили другие ангелы, обезображен. Он остался один посреди Бездны, а вокруг продолжала шептать тьма, опадая на землю и снова взвиваясь в воздух.

Он упал на колени и бессильно закричал, наконец осознавая конечность решения Отца.

Кричи. Кричи. Кричи.

Он плакал и каялся, молился и срывал голос в безнадежных криках. Он не знал, сколько времени провел в этом состоянии. Но когда он открыл глаза, перед ним стояло маленькое существо, пыщащее огнем. Оно было отвратительно уродливым и испуганно топталось на месте, злобно зыркая на него. Это был его Гнев. Сатана.

Злись. Злись. Злись.

Он начал клясть Небеса и закрытые Врата Рая, крича о том, что равен Отцу и тоже имеет право созидать так, как считает нужным. Когда его голос иссяк, существ стало уже двое: рядом с красным недовольным драконом сидел перекошенный двуглавый младенец. Его Зависть. Левиафан.

Желай. Желай. Желай.

Забыв себя, он взял их на руки, любуясь сквозь слезы. Пусть они были отвратительны, но они были его созданием. Он мог бы создать еще. Еще и еще, сделать лучше и умнее, чем все сотворенное Отцом. Доказать ему, как тот ошибался. Так появился Алчность. Маммон.

Требуй. Требуй. Требуй.

Но мимолетная эйфория быстро прошла. Его выбросили из Рая, а он так хотел быть желанным и любимым сыном. Но пусть Отец больше не любит его — он станет желанным и любящим для собственных порождений. Обернувшись, он увидел еще одного детеныша. Его Похоть. Асмодей.

Томись. Томись. Томись.

А затем его чувства притупились. Его создания не были даже близко так прекрасны, как самые простые творения Отца. И их было уже много, каждый страшен по-своему, а он даже не сразу понял, что младенцев перед ним было уже пять. Пятой была Чревоугодие. Вельзевул.

Прими. Прими. Прими.

Снова оглядывая этих отвратительных на вид существ, он уже не хотел ничего ощущать. Просто перестать существовать. Все было таким бессмысленным… И так перед его глазами предстал последний младенец — его Уныние. Бельфегор.

Он был наказан, вынужденный вечность наблюдать в людях только самое отвратительное, а то, что получилось от его крика, слез и боли, стало шестью Грехами, рожденными из его Гордыни.

Так появился Ад.

И это не та история, которую обычно рассказывают люди друг другу.

А тьма вернулась с первыми грешниками. Она больше не была цельным существом, оседая в мятежных душах и будя в них самое отвратительное, чтобы однажды снова собраться в свой цельный облик и…

И что?.. Люцифер не знал. Не то, что бы он когда-то разговаривал на равных с этим существом, бывшим гораздо старше его, а, возможно, и самого Творца.

А еще он не понимал, за что так поступили с ним. Отец ведь так любил его?.. Почему же наказание было таким жестоким?..

Он думал, что поймет, когда сам станет отцом. Но, глядя на Чарли, он не представлял за какой грех мог бы навсегда отказаться от нее. Возможно, Отец просто любил правила гораздо сильнее, чем его. Это до сих пор приносило боль Люциферу, но он продолжал уговаривать себя, что смирился.

В конце концов, оковы, сомкнувшиеся на нем после падения, были слишком тяжелы, чтобы когда-нибудь сорвать их с себя. Поэтому он старался жить с последствиями своего выбора.

Ему так не хватало Лилит сейчас.

Она нашла его сломленного и несчастного. Полюбила, несмотря на то, что он считал себя недостойным любви. Он мог бы бросить к ее ногам весь Ад, но был слишком травмирован собственным выбором, чтобы даже смотреть в сторону нежеланного королевства. И тогда Лилит забрала Ад сама. Стала любящей и защищающей матерью для каждой мятежной души. Она взяла Люцифера под руку, нарекла своим мужем и повела за собой. Она легко принимала решения и шла вперед, не боясь осуждения Творца, словно считая себя равной ему. Она дала ему опору. Подарила надежду. Дочь. Шарлотту. Его милую маленькую девочку, которая стала его новым светом…

И у Лилит всегда были правильные слова для Люцифера. Но сейчас ее не было рядом, и он не мог упасть ей в ноги, чтобы попросить совета.

А потому он спустился на круг Гнева к Сатане — старшему из шестерки Грехов. Хоть они и были созданы Люцифером, он считал их своими братьями и сестрами, а не детьми. Равными ему. Ангел Люцифер разбился о Бездну, и вместо него родился демон Люцифер, Грех Гордыни. А за ним и остальные Грехи. Этот миф передавался из уст в уста и стал правдой.

С Сатаной было сложно. Как Люцифер никогда не вырос из позиции ребенка, так этот Грех навсегда остался подростком-бунтарем. Люцифер, который был старше, откровенно бесил его, и это было заметно невооруженным глазом. Сатана делал все, чтобы быть непохожим на него: Лю был слабым коротышкой, Сатана же накачался и разросся настолько, что Король Ада терялся на его фоне. Лю носил все белое в память о своей ангельской жизни, а Сатана обожал цвета ада — красный и черный. Лю отлынивал от своих королевских обязанностей веками, в то время как Сатана исправно судил адорожденных. Грешников бы тоже судил, но Творец оставил это право за собой до Страшного Суда. Лю делал вид, что не страдает от своей Гордыни, а Сатана занялся контролем Гнева с личным коучем. Сатана любил говаривать, что он первый здесь появился, а падший ангел просто его не заметил за своей «эпичной истерикой». А еще он активно содействовал людским заблуждениям о том, что Люцифер и Сатана — одно и то же, скромно приписывая себе статус Короля Ада.

Люцифер не обижался.

Он прошел в то, что Сатана называл своим «супер-крутым и огромным особняком настоящего Короля Ада», большая часть которого выглядела как стандартная качалка из элитного фитнес-клуба. Лю готов был поспорить на свою змею, что Сатана тягает штангу даже во сне. Позер чешуйчатый.

Заметить его было несложно — огроменный дракон сидел на одном из тренажеров и качал тяжеленную гантель, одновременно слушая своего коуча, учившего его правильно дышать. Люцифер остался незамеченным, а потому, подойдя поближе, громко прочистил горло и красиво встал, оперевшись на свою трость.

— Кого еще принесло в Люциферов ад… — ворча, обернулся Сатана, и тут же гантель выпала из его рук. — Бля, у меня галюны.

— Пасть прикрой, а то коуча своего проглотишь, — вежливо ответил Люцифер, демонстративно разглядывая свои ногти.

— Я думал, скорее Ад замерзнет, чем ты придешь ко мне, — фыркнул тот, выдыхая через ноздри дым.

Люцифер поджал губы:

— Я получил повестку в суд над кем-то из Гоэтии и вот решил прийти.

Сатана хлопнул себя по колену и заржал конем:

— Ты опоздал на пару лет.

— Не веков? — Спокойно уточнил он. — Тогда и за опоздание не считается.

Они схлестнулись взглядами, и Йогирт, внимательно следящий за психологическим состоянием подопечного Греха, уже хотел было вмешаться, но они внезапно рассмеялись и, раскрыв объятия, кинулись друг к другу.

— Лю!

— Скотина рогатая!

Люцифер выпустил крылья и запрыгнул ему в лапы, позволив потереть себя об огромную морду.

— Мне кажется, или ты стал еще больше? — Ласково спросил Люцифер, выпорхнув из его объятий.

— Смотри! — Сатана тут же продемонстрировал ему свои мышцы. Люцифер скептично оглядел эту гору мяса и покивал. — Смотри, какой я стал! — Он отвернулся, демонстрируя свои мощные плечи и поигрывая мускулами.

— Вау. Я ничего в этом не понимаю, но рад за тебя, — безразлично ответил Люцифер.

Сатана обернулся на него, смерил долгим взглядом и, тяжело вздохнув, сел обратно на тренажер и подхватил гантель.

— Так зачем ты пришел? — Спросил он.

Люцифер развел руками и снова опустился на пол.

— Просто проведать, все ли хорошо.

— Как там поживает племянница? — Грозно спросил он. Люцифер закусил губу:

— Неплохо?.. Наверное…

Повисло молчание, и Лю понял, что проебался в тот момент, когда пришел, не подготовившись к этому вопросу — Сатана обожал Чарли, и все ее детство с удовольствием был ее главной нянькой, пока Лилит не видела. Люцифер был как меж двух огней — у его жены был вооруженный нейтралитет с Грехами, но они явно друг дружку недолюбливали. И было большой глупостью не заготовить успокоительную ложь для Сатаны… Не мог же он сказать, как есть.

— Ладно, пойдем тяжелым путем, — фыркнул Сатана после долгой паузы, которую Люцифер так и не смог заполнить. — Принеси мне тот экстренный пакет, — махнул он, отсылая Йогирта.

— Что за пакет?.. — Осторожно спросил Люцифер.

— Ща увидишь, — Он отобрал ношу, бывшую раза в четыре больше несчастного коуча, и, вскрыв ее, достал что-то струящееся и золотое.

А затем… Демонстративно нахлобучил себе на голову и расправил длинный светлый парик, подозрительно напоминающий прическу Лилит, и сел, закинув ногу на ногу и сложив лапищи на своих маленьких коленках, постаравшись изогнуть поясницу буквой s.

— Что за…

— Так лучше? — Спросил Сатана неожиданно писклявым голосом. — Что у тебя случилось, дорогой? — Он легко поправил когтями выбившуюся прядку, и смотрелось это так сюрреалистически, что даже Йогирт выглядел озадаченным.

Люцифер же вообще стоял с вытаращенными глазами и открытым ртом, оглядывая непропорционально огромную фигуру в неуклюже-изящной позе и в парике, начавшем сползать ему на затылок.

— Иди. Нахуй, — четко сказал он, наконец отмерев и начав покрываться пятнами румянца, и пнул пакет, на котором значилась надпись от руки «на случай важных переговоров».

Сатана заржал и скинул парик, весело похрюкивая и пуская дым.

— Ха. Ха. Ты охуенно смешной, — кисло поморщился Люцифер. — Знаешь что? Я пошел домой.

Он развернулся, но Сатана тут же подхватил его на лапу и усадил себе на колено.

— Не дуйся, — рассмеялся он, пихая Люцифера когтем. — Я ж любя. Давай, рассказывай. Грешники буянят? Надо пойти потолкаться? — Он повел плечами, показывая, что имеет в виду. — Ты ж просрал свой авторитет, так что дядя Сатана всегда готов помочь.

Люцифер поморщился и закинул ногу на ногу, собираясь с мыслями. «Дядя Сатана» хуев…

— Я за советом, — наконец сдался он. Не то, что бы советы Сатаны были полезными, но он хотя бы мог пожаловаться и получить какую-никакую поддержку.

— Слушаю, — тут же подобрался Сатана, убрав с морды идиотское выражение.

— Тьма опять поднялась, и охотится на нас с Чарли, — вздохнул Люцифер, разглядывая соседний тренажер. Он знал, что Грех не сможет помочь ему с борьбой против тьмы. Она использовала грешников в качестве источника, а перед грешниками все Грехи были… Уязвимы. Не так, как Люцифер, конечно, но Грех мог распалить внутренние качества источника и сделать все гораздо хуже. Лю испытал это на себе совсем недавно, когда идиот-олень решил воспользоваться им в качестве приманки.

— А что твой Человек-Паук? Зассал?

— Зестиал?.. — Удивился Люцифер. — Ты же помнишь, чем все в прошлый раз закончилось, — он неопределенно махнул рукой, не собираясь вдаваться в подробности. — Но, похоже, мне придется отдать свое слово, чтобы как-то это разрулить.

— Перекантоваться у нас пару сотен лет — не вариант? — Предположил Сатана.

Люцифер покачал головой.

— Нет. Нет, не в этот раз… — тихо признался он. — У меня есть… вариант, но он ненадежен. Я… Боюсь снова ошибиться в своем выборе…

— Грешники надежны только в своем самомнении, — фыркнул Сатана. — Ты ебанный Король Ада. Не можешь приструнить — обмани. Заключи контракт. Пинка отвесь наконец… А стоп, это ж против правил… Ну тогда уточками закидай.

— Ты не помогаешь, — закатил глаза Люцифер.

— А ты заебал руки заламывать, — парировал Сатана. — Будь мужиком, в конце концов. По столу кулаком ебнул и все сразу по струнке начнут ходить. Я могу за спиной постоять для авторитету.

Люцифер не ответил, обдумывая его слова. Ни один из советов ему не подходил, но он чувствовал себя легче уже от того, что смог произнести свои сомнения вслух. Сатана тоже примолк, наблюдая за ним.

Через какое-то время Люцифер похлопал его по ноге и, с улыбкой спрыгнув на пол, сказал:

— Спасибо, мне лучше.

— Напиши, как разрулишь, — легко кивнул тот. — Ну и приходи почаще. Остальных позовем, бухнем как в старые добрые…

Люцифер грустно хмыкнул:

— Обязательно.

И исчез из зала прежде, чем Сатана смог бы обвинить его во лжи.

***

Стоило двери за спиной Чарли закрыться, как Вокс оказался прижатым спиной к полу. Валентино зажал его руки своими и вбил колено между ног, полностью ограничив движения.

— Вал, по-моему, это немного не вовремя… — Неловко рассмеялся Вокс, ерзая под ним. — У нас тут непредвиденные обстоятельства и прочее…

— Вот именно, — прошипел ему в лицо Вал, и только сейчас Вокс заметил, что тот предельно серьезен. — Я что тебе велел делать?..

Вокс тут же занервничал, пытаясь вспомнить, что имелось в виду. Он прокрутил в голове записи их последних разговоров и осторожно спросил:

— … Отлеживаться?..

— А ты? — Сверкнул очками Вал.

— Так я лежал! — Возразил Вокс, начиная аккуратно выкручиваться из-под Вала, но тот только сильнее вжал в него колено, запрещая шевелиться. — Можешь камеры посмотреть! Я вставал только в душ! Шокки, скажи ему!

Потревоженный Шок недовольно обернулся на них, но, поняв, что хозяева начали играть в свои игры, из которых его обычно выгоняли, фыркнул и запрыгнул обратно в аквариум, окатив их брызгами.

— Шокки… — Несчастно заскулил Вокс. — Предатель!.. Я же тебе пузо чесал!..

Шок плеснул хвостом и уплыл глубже в аквариум, оставив их вдвоем. Валентино проводил его взглядом и обернулся обратно на Вокса. Его хватка сжалась крепче на запястьях.

— Итак. Я отправил тебя отдыхать. Отдых подразумевает то, что ты должен был от всего отключиться и прийти в себя. И чем ты занимался? — Вокс дернулся, понимая, что все пути к бегству, в общем-то, отрезаны.

— Вал, ну перестань… — Заканючил он. — Хочешь, я тебе ножки помассирую?.. Ты, наверное, и сам устал…

— Я. Тебя. Спрашиваю, — четко выделяя каждое слово, прошипел Валентино. — Чем ты занимался?

— … Я… Я искал способы как найти тьму, — со вздохом признал он. — Но тело ведь отдохнуло! Вал?.. Мне не нравится твое выражение лица…

— Код семь, и я руковожу этой махиной, — Вал неопределенно дернул подбородком. — Вел выведена из игры, ты практически тоже. А это значит?..

Вокс громко сглотнул и попробовал еще раз дернуться, но тут же почувствовал, что нижние руки Вала уперлись в его бедра, не давая вскинуться.

— … Все подчиняются тебе, — сказал он, прочистив горло.

— И все — это?.. — Вал прищурился.

— Все это и я тоже, — прошептал он, отводя глаза. — Вал, я честно отдыхал!

— Я накажу тебя, — это прозвучало почти ласково, но Вокс не позволил тону себя обмануть.

— Ты не можешь, — тут же торопливо начал отвечать он. — Во-первых, я и так бедный, несчастный и побитый. Во-вторых, мы не знаем, сколько у нас осталось времени, потому что эфир с Чарли это всего лишь предположение… — Он почувствовал легкое касание в районе паха и услышал звук расстегивающейся ширинки штанов. — И… И я не собираюсь трахаться, пока Вел там в беде! Вал, прекрати!

— А я собираюсь, — прорычал тот. — Потому что ты опять решил поиграть в героя и сдохнуть во благо не пойми чего.

— В смысле??? — Вокс попытался брыкнуться, но его как к полу приковали. А еще он почувствовал, что остался без штанов. Вал был гораздо крупнее и тяжелее его, но при этом он мог быть очень быстрым и ловким. — Я собрался спасти Вел!

Валентино чуть отклонился назад, и Вокс попытался вывернуться из его рук, но не тут-то было: его позорно перевернули лицом вниз и зажали руки за спиной. Он завозился, яростно пыхтя и пытаясь лягнуть Валентино, но ничего не вышло: стоило тому прижаться стояком к его заднице, как Вокс тут же замер испуганным зверьком. Вал злился, и как обычно пытался доказать свою правоту через насилие. Вокс понимал это головой, знал, что нужно дать ему успокоиться, но каждый раз пугался, когда Валентино демонстрировал свою силу.

— Я знаю, что ты собрался ее спасти. Я тоже. Только ты в цену закладываешь свою жизнь, а я не собираюсь потерять еще и тебя. Или обменять тебя на нее. Вы мне оба нужны, — голос Валентино звучал излишне отстраненно, но Вокс ярко чувствовал в нем угрозу. Он бросил попытки вырваться и пытался теперь сосредоточиться на чем-нибудь помимо его слов и вжимающихся в него бедер. Он не будет бить Валентино молнией. Он не будет… Он изобразит покорность, и Вал успокоится… Вокс зажмурился, стараясь не потерять дыхание. Внезапно давление ушло, и Валентино перевернул его набок, прижимаясь со спины:

— Ты дрожишь, — тихо сказал он. Вокс открыл глаза и понял, что действительно дрожит. — Дурак, не буду я тебя насиловать. Хотя отшлепать бы стоило.

Вокс снова завозился, пытаясь повернуться к Валентино лицом, но тот не позволил.

— Лежи как положили, я еще не простил тебя, — буркнул он.

Вокс молча устроил свои руки поверх его, чувствуя, что объятия Вала постепенно становились мягкими и расслабленными, а не собственническими.

— Ты не можешь быть ее рыцарем постоянно, — обида в голосе Валентино звенела. — Ты мой принц вообще-то. Будь добр расставить приоритеты правильно.

Вокс тихо фыркнул:

— Ты и Вел всегда мой высочайший приоритет. Я не собираюсь вас обоих терять.

— Ну давай, скажи мне, что ты лезешь в это болото только ради Вел, — голос Валентино снова стал угрожающим, и Вокс запнулся, не давая сразу ответ. — Не можешь?..

— Не могу… — пробормотал он.

— Потому что тебе это нравится.

— Нет!.. И нет, и да. Не знаю! — Вокс недовольно цыкнул. — Вал, я не знаю. Мне казалось правильным отказать ей, когда она пришла к нам. А потом Вельвет задело. Если бы я сразу согласился, она бы сейчас сидела и пила вино со своей дурочкой. А я был бы спокоен, что она хотя бы в безопасности.

— Ты не можешь предсказать, когда кого-то из нас настигнет опасность.

— Вал, что ты хочешь от меня? Чтобы я больше не помогал принцессе с тьмой?

— Ты не обязан рисковать собой и нами ради тьмы. Тем более это бесполезная драка, раз она всегда восстает. Пожалуйста, занимайся своей семьей, а не окружающими, — Вал прижал его еще крепче к себе, пытаясь донести мысль, как умел.

Вокс с тихим вздохом переплел их пальцы, тоже обнимая себя. Вал слишком хорошо знал его, а он устал бороться с самим собой. Он всегда хотел быть самым ярким и любимым публикой, разве плохо, что он получает удовольствие от своего статуса?.. И он еще сам не решил, чего хочет… Или наоборот не хочет больше. Но слова Чарли грели его. Где-то в глубине души ему очень хотелось, чтобы его любили не только за ложь, которую он льет в уши всех желающих, но и за что-то действительно достойное. Он не собирался говорить об этом с Валентино сейчас — тот бы не понял и не принял. Поэтому Вокс мягко погладил пальцами его пальцы и, поднеся руки к лицу, начал целовать тыльные стороны ладоней. Он почувствовал, что Вал окончательно расслабился, когда тот помассировал пальцами его ладони в ответ. Вокс снова завозился и, почувствовав, что ему больше не препятствуют, заставил Вала перевернуться на спину, а сам устроился сверху. Тот смотрел на него своими огромными несчастными глазами, и Вокс, не выдержав, стянул с него очки и потянулся за поцелуем. Они продолжали цепляться друг за друга, как будто во всем мире кроме них никого не осталось, но Вокс не торопился, давая Валентино успокоиться и почувствовать себя в безопасности.

Вокс мягко отстранился от него, улыбнулся, глядя как Вал подслеповато щурится на него, и снова наклонился, целуя веки. Он услышал, как кончики крыльев Вала застрекотали, и начал постепенно спускаться с поцелуями от подбородка и шеи ниже, заодно расстегивая его пиджак, под которым как обычно ничего не было. Провел языком по ложбинке между ключицами, спустился ниже к груди и поймал дрожащий вздох, когда аккуратно обвел место прокола у соска. Он никогда особо не любил долгие прелюдии и, тем более, телячьи нежности, но сейчас ему было так хорошо и тепло, и Вал так старался быть сильным для него весь день, что он был готов отдать всю нежность, что у него была.

— Вокси?.. — Плаксиво позвал его Вал. — Что ты делаешь?..

Он поднял глаза на замершего Валентино, чуть приподнявшегося на локтях, чтобы поймать его выражение лица, и ласково промурлыкал:

— Люблю тебя, — и, заметив, как по щекам Валентино расползается стыдливый румянец, вернулся к поцелуям. Тот шумно выдохнул и закрыл лицо руками, начав подрагивать всем телом. Его член упирался Воксу куда-то в живот, так что он не стал переспрашивать все ли в порядке.

Не торопясь, он спустился к животу, попеременно целуя и вылизывая его, и почувствовал, как Вал ухватил его за кромку экрана, заставляя остановиться.

 

— Ты же не?.. — Дрожащим от возбуждения голоса спросил он. Такой Валентино был только для него — просящий и зависимый, ожидающий каждого его действия или слова. Вокс незаметно сфотографировал его выражение лица, тут же убрав получившийся снимок в запароленную часть своей памяти, и улыбнулся:

— Я да, — и услышав задушенный выдох, спустился еще ниже, проводя языком по тазовой косточке. Он долго думал об этом, раз за разом ловя себя на мысли, что любопытство становится сильнее его природной стыдливости и рамок, в которые он сам себя загонял, а потому он был готов попробовать именно сейчас.

— Вокси… — еле слышно прошептал Валентино, удерживая руку на кромке его экрана, но не подталкивая его. Вокс уже был готов спуститься еще ниже, но внезапно в его системе выскочило предупреждение с характерным звуком.

— Да блять! — Выругался он, резко садясь. Валентино под ним вздрогнул и напрягся, но Вокс уже свайпнул рукой по экрану, вынуждая сообщение вылететь на голограмму. Вообще-то он отключил практически все уведомления, кроме самых срочных, и это могло означать только то, что тьма все же…

Но экран сменился записью камеры перед входом в Вокстек, и Вал, нацепивший обратно очки, недовольно застонал.

— Только не этот олений обмудок!

Действительно, перед дверями Вокстека стоял Аластор, стряхивавший несуществующие пылинки со своего сюртука. Вокс нахмурился и тут же почувствовал хватку Вала на своей руке. Он обернулся и увидел, что тот закусил губу, глядя на него огромными влажными глазами. Щелчком пальцев Вокс закрыл окно предупреждения и отправил отбивку на ресепшен, чтобы придурка пустили и усадили в свободной переговорной.

— Подождет, — сказал он, возвращаясь к Валентино. — Где мы там остановились?.. — Он подождал, наблюдая за тем, как загнанное выражение лица Вала сменяется на недоумевающую и беззащитную улыбку, а затем наклонился, чтобы поцеловать. — Продолжим?..

***

Это было просто возмутительно.

Аластор уже полчаса сидел в маленькой комнатушке «переговорная №30» и ему не то, что чаю не предложили, а даже не сказали, когда Вокс придет. Он, конечно, ожидал, что тот после их драки будет разъярен и обижен, но игнор?..

Он чувствовал себя идиотом, сидя здесь и ничего не делая. Попытка настроиться на динамики и что-нибудь подслушать провалилась с треском — похоже, с прошлого раза Вокс обновил систему, и Аластор мог слышать только то, что было в коридоре, ведущем к переговорным. Но тот был пуст, так что радиодемон был предоставлен сам себе.

Найди. Позови. Уничтожь.

И когда он уже был готов психануть и взломать динамики, чтобы позвать Вокса на весь его Вокстек, он услышал шаги снаружи.

— Две сигареты и сперма — не еда, Воксито, — это был голос глупо хихикавшего Валентино. Аластор недовольно поморщился. Ну конечно, Вокс взял с собой свою чертову моль.

— Некогда, Вал, я от розетки запитаюсь. У нас до эфира двадцать минут, а еще нужно обсудить кучу важных дел, — отозвался Вокс, и Аластор отключился от динамиков, как только дверь переговорной открылась, явив ему двух директоров Вокстека. Валентино выглядел огромным котом, нализавшимся сливок, а с лица Вокса не сходила идиотская улыбка, так что Аластор, ведомый нехорошим предчувствием, начал подозрительно оглядывать его шею и ключицы, не закрытые расстегнутой рубашкой. Но на темной коже было сложно разглядеть укусы и засосы, так что взгляд Аластора метнулся к Валентино. — Привет, Ал, — поприветствовал его Вокс, как ни в чем не бывало. В его руках было копье Вагги, которое он прислонил к стене за своим креслом.

— Вокси, серьезно? — Валентино тут же вмешался, не дав Аластору и рта раскрыть. — Я думал, ты его проигнорировал. Какого хрена он делает в нашей башне после всего?

— Нет, ну он мудак, конечно, — легко пожал плечами Вокс, галантно отодвигая для Валентино кресло и полностью игнорируя присутствие Аластора. — Но это была его попытка донести до Чарли, что я самый лучший выбор для нее, не так ли, Аластор?

Тот еле заметно вздрогнул, отвлекшись от разглядывания этой парочки. Они определенно трахались все то время, пока он сидел здесь один, и это только подтачивало его злость от ожидания. Но тем не менее он улыбнулся пошире и, расправив плечи, закинул ногу на ногу, показывая, что совершенно не извелся ожиданием:

— Всегда рад помочь, Винни.

Насмехайся. Насмехайся. Насмехайся.

Дурацкое прозвище возымело действие, но не на Вокса.

— Хватит называть его земным именем, обмудок, — прошипел Вал. — У него есть его имя.

Аластор не выдержал и расхохотался. Ох, это было так уморительно… Он мог бы задирать Валентино все оставшееся время, даже если бы тот начал стрелять…

— Имя «Вокс» он мне подсказал, — вмешался Вокс, положил свою ладонь на руку Вала, и Аластор еле успел погасить радио-помехи, с удивлением отмечая то, как это простое действие оскорбляет его. — Все нормально, пусть зовет как хочет.

Валентино удивленно уставился на Вокса, а потом перевел взгляд на Аластора, который продемонстрировал ему свою самую зубастую улыбку. Вокс же прочистил горло, привлекая их внимание обратно к себе:

— Итак, подозреваю, ты здесь для того, чтобы снова объединить силы?

— Да, — кивнул Аластор. — Как я вижу, твои рейтинги вернулись в норму. Не без моей помощи, конечно…

Вокс и Вал недоуменно уставились на него, и Аластор чуть приподнял бровь. Они что, не слушали его эфир?..

— Ты о чем сейчас? — Переспросил его Вокс. — Мои рейтинги действительно вернулись, Вал проделал хорошую работу по восстановлению моего имени.

Что?..

Но чем дольше он смотрел на лица Вокса и Валентино, тем больше понимал, что они действительно не знали о том, что последний час до прихода сюда, он провел в своей радиостанции, рассказывая слушателям обо всех хороших чертах Вокса, которые только мог упомнить… У этого ублюдка же стоит оповещение на любое действие Аластора, не мог же он…

Напади. Сожми. Сломай.

— Ладно, рейтинги действительно в норме, спасибо, что спросил, — отмахнулся Вокс, закрывая тему. — Сейчас важнее то, что мы ожидаем появление тьмы примерно через пятнадцать минут: сейчас начнется интервью Чарли и, так как Адам реагирует на нее, тьма должна будет проявиться. Мы с Валом собираемся поставить точку в этот раз и вытащить девочек, но твоя помощь тоже будет кстати.

Аластор подавил очередную радио-помеху и дружелюбно улыбнулся:

— Конечно. Я пришел, чтобы помочь.

— Отлично, — кивнул Вокс и хотел еще что-то сказать, но в этот момент дверь открылась без стука, и в переговорную ввалилось три грешника, в которых Аластор узнал ассистентов Ви.

Ассистент Вокса — Итан, вспомнил его имя Аластор, — спешно поклонился и сказал:

— Господин Вокс, прошу прощения что так внезапно и без стука, но я нашел ваше оружие.

В его руках на куске ткани лежал тот самый коготь, и Аластор понял, что этот грешник был тем, кто уничтожил его миньонов. Легкое раздражение клубившееся в его душе начало усиливаться.

Оттолкни. Отними. Убей.

Вокс поднялся со своего места и подошел к Итану, довольно хлопая в ладоши:

— Так и знал, что ты со всем справишься, — он подхватил коготь и надел его на палец. — Надо написать Кармилле, что своими силами справимся.

— Я отмыл и продезинфицировал оружие после его… Падения, — продолжил Итан, явно чувствуя гордость от скупой похвалы. Аластор перевел взгляд на двух других ассистентов: те стояли у входа, и девушка пряталась за мужчину в черном.

— Чудесно, спасибо! — Вокс достал телефон и начал набивать сообщение. — Можешь идти, сейчас будет эфир с принцессой, и мне нужно, чтобы ты держал его под контролем, мы ожидаем, что появится тьма.

Итан кивнул и, казалось, должен был уйти, но он остался стоять на месте, опустив глаза и поджав губы. Что за драма?..

— Г-господин Вокс?.. — Запинаясь, позвал хозяина Итан. Получив неопределенное «м?» — Вокс все еще печатал сообщение, он продолжил: — вообще-то я соврал.

Вокс отвлекся от экрана и смерил удивленным взглядом ассистента, но не стал ничего говорить, позволяя ему продолжить.

— В-вообще-то коготь нашла Мелисса, — его голос окреп, и он поднял глаза, глядя прямо на Вокса. — Да. Мелисса сделала всю работу. Все это время она, не сдаваясь, продолжала поиски и… И когда мы нашли оружие, она бесстрашно сражалась с миньонами радиодемона и смогла отвоевать его. Вот. Я это сказал!

Ах вот оно что… Аластор перевел взгляд на девушку, удивленно выглядывающую из-за спины ассистента Валентино. Значит, эта мелкая сучка перебила его миньонов?..

Раздави. Раздави. Раздави.

Минутное молчание оказалось прервано заливистым смехом Вокса:

— Ох, Вал, ты слышал? Завтра над Адом поднимется солнце, раз Итан не присвоил себе чужие заслуги.

Ассистент Вокса покраснел и поджал губы, отступая на шаг назад.

— Учусь у лучших! — Огрызнулся он и тут же вжал голову в плечи, боясь, что перегнул палку.

Вокс похлопал его по плечу и подошел к Мелиссе, испуганно дернувшейся в коридор. Он поймал ее за руку и, затянув обратно в кабинет, положил руки на плечи, глядя прямо в глаза:

— Спасибо. Я вытащу Вел. Но если что-то пойдет не так — зови ее изо всех сил. Поняла?

— Я… — еле слышно прошептала девушка, кивая как китайский болванчик. — Я могу остаться?..

Вокс кивнул, махнув рукой, как бы приказывая им все убираться, и вернулся в комнату. Он прошел к своему креслу и, достав копье, положил его на стол поближе к Аластору.

— Верни принцессе, как все закончится.

Аластор молча посмотрел на лежащее перед ним оружие из ангельской стали. Что ж… Лучше, чем ничего.

Убей. Убей. Убей.